Много внимания уделялось в Советском Союзе, в том числе и для снижения пиковых нагрузок, проведению различных ресурсосберегающих программ. Даже Генеральный секретарь партии неустанно повторял мудрые слова: «Экономика должна быть экономной!» Как все помнят, великий В.И. Ленин усмотрел в той мгле, в которой находилась Россия, единственное звено, которое могло поднять её до заоблачных вершин и провозгласил: «Коммунизм – есть Советская власть плюс электрификация всей страны». А теперь, например, вдруг президенту Д. Медведеву надоело два раза в год переводить стрелки часов, и он без всяких сравнительных данных и анализа приказал: «Время, остановись! Ты прекрасно!» А ведь эта процедура, к внедрению которой в СССР готовились более 10 лет, давала, по проведённым исследованиям, не менее 2,5 млрд. КВт. Ч экономии электроэнергии в год. Естественно, сейчас многое изменилось. Но принимать подобные решения без хотя бы приблизительного определения потерь – не есть хорошо, и попахивает волюнтаризмом, пока ещё поста, а не личности.
Самым заброшенным теперь оказалось оборудование сельских электросетей, как и всего сельскохозяйственного сектора в целом. Его состояние продолжало устойчиво ухудшаться. Здесь более 30 % воздушных ЛЭП и 150 тысяч подстанций отработали свой срок и их дальнейшая эксплуатация опасна. Не были отрегулированы до конца вопросы принадлежности низковольтных сетей. Несмотря на то, что за последние 12 лет потребление электроэнергии на селе упало со 100 до 60 млрд. кВт. Ч и составляет всего 1540 кВт. Ч на человека, надёжность электроснабжения не повысилась. Имеют место многочисленные случаи полного отключения электропитания тысяч сельских населённых пунктов. На 20–30 % выросли потери в сельских сетях, снизилась надёжность электроснабжения. Это ежегодно причиняет ущерб сельскому хозяйству на сумму свыше 1,5 млрд. рублей. Однако по новому законодательству теперь за эти потери практически никто ответственность не несёт, и они просто незаметно облегчают наш карман.
И всё-таки никакой энергетической катастрофы в стране не было. Надо было просто продолжить обновление оборудования и вести энергетическое строительство, как это шло отработанным способом в Советском Союзе. Однако наш паровоз, который успешно вывез нас на передовые позиции в мире уже в тридцатые годы, по непонятным причинам в разрекламированной в качестве успешной рыночной экономике вдруг безнадёжно забуксовал. Шли годы, а энергетика не только не развивалась, а неуклонно деградировала.
Вот здесь самое время вернутся к нашему герою (чуть не сказал по старой памяти: «К нашим баранам», но те могли бы на меня и обидеться за такое сравнение). Отцы революции начали искать преемственные объяснения своему провалу, в том числе порою неубедительно прямо связывали это явление с тем, что отрасль пока вошла в рыночные отношения только боком, то есть стоит на подступах к рыночным преобразованиям в экономике. И тут пришёл Чубайс, очень быстро, конечно, с помощью своих заморских консультантов, жаждущих нанести закрытый, но существенный удар и этому последнему оплоту народного хозяйства, сообразил, какие неотразимые аргументы идут ему в руки в деле развала электроэнергетики, и со всей своей чубайсовской мощью потребовал проведения реформ для того, чтобы совершить невозможное и сделать эту естественную монополию, вечно не выездную на рынок, полноправным его участником.
Последний серьёзный бой перед рассмотрением материалов реформирования энергетической отрасли на Государственной Думе их идеолог выдержал на парламентских слушаниях в мае 2001 года. Впервые в ряде выступлений прямо говорилось о неуклонном и целенаправленном процессе разрушения энергетики страны. В течение 10 лет фактически не вводились новые современные энергообъекты, разорены мощнейшие фундаментальные строительные и монтажные организации. Практически прекратили свою деятельность из-за отсутствия заказов и быстро разваливаются энергомашиностроительные предприятия. В результате этих деструктивных процессов Россия уже в 2006 году могла лишиться (так оно и случилось только немного раньше) возможности самостоятельного энергетического развития.
Депутаты с тревогой сообщали, что ежегодное выбытие энергомощностей происходит с нарастающими темпами. Так, в 1998 г. оно составило 5,2 тыс. МВт, в 2000 г. – 5,9 тыс., в 2002 г. достигнет 7,0 тыс., в 2004 г. – 8,0 тыс. МВт. К 2000 году износ производственных мощностей РАО превысит 52 %, подстанционного оборудования – 63 %, а объём направляемых инвестиционных средств по-прежнему был в 5–6 раз меньше необходимого для нового строительства и приведения оборудования в порядок. Хотя, надо заметить, что немалые средства, в том числе в виде амортизационных отчислений, направлялись в отрасль, но проходили сквозь строй изношенного оборудования, не оставляя никаких следов.
