Ещё более детальное внимание было уделено депутатами совершенствованию автоматики ГЭС, особенно изменению проектных решений, заложенных в АСУ ТП, в части управления турбинами, условиями защит и блокировок для обеспечения безопасного и надежного отключения оборудования при возникновении нештатных ситуаций. Комиссии показала, до каких глубин упала дремучесть персонала отрасли и как, понимая это падение и пытаясь как-то спасти честь своих коллег, организовавших этот кульбит, она сама пытается хоть как-то исправить положение дел.
В проекте АСУ ТП не была предусмотрена защита от рассогласования положения лопаток направляющего аппарата, не была обеспечена точная фиксация времени возникновения событий. Самое главное, что не был детально проработан вопрос резервного электропитания шкафов управления. В этом качестве использовались аккумуляторные батареи постоянного тока. Во время аварии система питания была полностью выведена из строя.
Комиссия посчитала, что «проектирование и создание АСУ ТП ГЭС необходимо осуществлять как для систем повышенной опасности, например, АСУ АЭС, с заимствованием правил и технологий создания систем управления из области атомной, авиационно-космической и оборонной промышленности. В частности, рекомендовано включать в состав АСУ ТП системы регистрации важных параметров эксплуатации («черный ящик»); использовать математические модели, имитирующие аварийные ситуации, для выбора проектных решений и обоснования безопасности; разработать и применять функциональные и полномасштабные тренажеры для обучения операторов действиям в аварийных ситуациях; разработать и поставлять на ГЭС экспертные системы поддержки управленческих решений. Она потребовала согласовать с заводом-изготовителем алгоритм группового регулирования мощности и установки приоритетов нагрузки гидроагрегатов с учетом их технического состояния. А, исходя из эксплуатационных ограничений и особенностей, исключить участие гидроагрегатов с турбинами во вторичном регулировании активной мощности и частоты.
Следует отметить, что договор на сервисное обслуживание ГРАРМа отсутствует. Последний приезд специалистов по ГРАРМу на СШ ГЭС был в 2006 году. Без участия специалистов «Промавтоматики» в 2006 году были заменены штатные регулятора, с которыми стыкуется система ГРАРМ, на регуляторы другого типа. Проект привязки новых регуляторов был сделан самой СШГЭС. Необходимо отметить следующие особенности. Эта система не является обязательной; может быть выключена. Система ГРАРМ спроектирована и выполнена так, что она не предназначена для выполнения каких либо функций защиты. Данная система не ведет учет переходов через зону нежелательной работы. На всех агрегатах режим закрытия направляющего аппарата в алгоритме работы электрогидравлического регулятора частоты вращения турбины при потере электропитания не был предусмотрен.
Фундаментальным, по мнению Комиссии, является следующий вопрос. Первоначально АСУ ТП была выполнена с возможностью передачи сигнала в систему защиты для остановки агрегатов. Но, после проведенных испытаний и ремонта, она эксплуатировалась станцией исключительно в информационном режиме. Таким образом, руководство СШГЭС само отказалось от использования системы в режиме автоматики.
На основании всех этих исследований и выводов парламентская комиссия рекомендовала Правительству РФ дать поручение Министерству энергетики в кратчайшие сроки разработать современную систему автоматического регулирования и защиты генерирующих мощностей, с учетом особенностей режимов работы и конструкций технического оборудования, которая позволит оптимизировать участие человеческого фактора в выработке и принятии управленческих решений.
Не смогла Комиссия пройти мимо и общих проблем проектирования, строительства и эксплуатации водохранилищ гидроузлов энергетики, прежде всего заметив отставания в формировании нормативно-правовой базы. На этот вывод их натолкнула опасная обстановка, которая сложилась на водохранилище Саяно-Шушенской ГЭС в результате недостаточной очистки ложа и последующих береговых абразионных процессов. С момента его заполнения образовалось до 1 млн. куб. м. плавающей и затонувшей древесины, создающей угрозу для эксплуатации плотины, резко ограничившей возможности использования водного транспорта и отрицательно сказывающейся на качестве воды. Более или менее систематические работы по её сбору, захоронению и утилизации, практически потерявшей уже свои товарные свойства и превратившейся в древесный хлам, начались с 2000-х годов, но выполняются в малых объёмах, в условиях нерешенности вопроса статуса древесины и крайней недостаточности выделяемых на эти цели ассигнований. Длительное время не проводятся комплексные работы по оценке состояния берегов.
