Этот далёкий от науки орден серых топ-менеджеров будет определять полностью её развитие в стране и можно легко представить, как очередные недоросли поведут её по проложенной их братом по духу А. Чубайсом тропе на заклание. При этом создание очередного штаба по убиению гордости страны обойдётся казне в 70 миллиардов рублей. Не меньше, чем потратили на подобное действие подельники главы РАО «ЕЭС» по доведению его до самоубийства. Не случайно заместитель А. Чубайса А. Раппопорт вошёл в список миллиардеров, а другой зам, ныне скромно подвизающийся в ранге министра без портфеля, одновременно решил трудиться и без зарплаты, вероятно за ненадобностью, а может быть из-за отсутствия свободных чулков. И, как я уже писал, словно волшебник заработал за прошлый год самую большую среди его коллег по правительству сумму бабла, как у них говорится.
Академики согласны, что реформы в РАН назрели. Они сами запланировали приступить к глубокому обсуждению грядущих преобразований, направленных на то, чтобы сделать науку престижной и востребованной, существенно повысить качество научных исследований и образования, в том числе и высшего. И с этим трудно не согласиться, но и только следует пожалеть, что это не было сделано 50 лет назад. Хотя некоторые сегодняшние предложения учёных и сложно понять. В лучшем случае они вызывают недоумение, а порою и вообще вряд ли могут быть приемлемыми.
Так, без всяких расчётов и выкладок предлагается, чтобы средняя заработная плата научных сотрудников РАН к 2018 году достигла двукратного уровня по сравнению со средней в экономике страны. Для этого к 2015 году необходимо из средств федерального бюджета выделять на финансирование фундаментальных исследований не менее 0,4 % от ВВП (В 2011 году было 0,166 %). Предусмотрена твёрдая шкала окладов с добавлением к ней за счёт степени и т. д. Всё это, на мой взгляд, является пережитком прошлой системы, которая не позволяла создать экономическую заинтересованность в усилении научной работы.
Некоторые ветераны сожалеют о том, что «в действующей рыночной структуре, в частности, в энергетике, не нашлось места важнейшему звену: научно-исследовательским и проектным организациям». Я категорически с этим не согласен. Во-первых, в рынке нет места никому: его завоёвывают. Во-вторых, на рынке как раз самые востребованные товары – научные проработки. Но у нас нет истинного рынка, о котором все говорят примерно те же слова, что и о социализме в советское время: он уже на горизонте. И, в-третьих, надо вновь плодить бездельников. Учёные должны жить не за счёт званий и высоких бюджетных зарплат, а получая дивиденды со своих творческих достижений. Вспомните, какой истинный и эффективный рынок разработки авиатехники организовал И.В. Сталин в годы войны. Во многом благодаря нему наши самолёты значительно превзошли немецкие, что во многом предопределило нашу победу. Так должны и сейчас решатся сложнейшие проблемы в энергетике.
Бывший начальник Главниипроекта Минэнерго СССР М. Пчелин, сам возглавлявший некогда научный сегмент отрасли и определявший, какие он должен был давать прогрессивные плоды, вспоминает, как руководил громадной армией в составе 15 тысяч учёных и 64 тысяч проектировщиков, в том числе 400 докторов наук и 1500 кандидатов. Действительно, они внесли большую лепту в достижения энергетиков. И всё-таки я глубоко убеждён, что при лучшей организации их труда и, особенно, его оплаты, успехи могли быть значительно существеннее. Я хорошо помню, как в конце того замечательного времени один исследователь писал, что в СССР количество учёных более, чем в 10 раз превышает отряд их коллег в Великобритании, но почти во столько же раз уступает числу Нобелевских лауреатов.
Михаил Михайлович с гордостью называет целый ряд наших научных побед. Действительно, есть чем гордиться, хотя во многом здесь надо поделиться успехами с учёными из машиностроительных отраслей. В то же время многие важные научные проблемы в электроэнергетике остались нерешёнными. Не буду голословным. Директор Всесоюзного теплотехнического института Г. Ольховский с 1975 года мурыжил лучшую и самую мощную в то время в мире отечественную газовую турбину мощностью 100 мВт. Сколько денег потрачено на «творческую» работу его коллектива по составлению радужных отчётов! А в 1994 году он твёрдо заявил на Техническом совете РАО «ЕЭС», что создавать газовые турбины русские лапотники не могут, и надо их покупать за рубежом. И это несмотря на интересные разработки наших авиационных институтов, ЛМЗ, предложения ведущих учёных о возможности доведения до нужного уровня его подопечной сотки. В результате мы на многие годы закрыли перспективу для отечественного газотурбинного машиностроения, импортируем теперь не лучшую технику и переплачиваем за это в десятки раз зарубежным производителям.
