Всё-таки я не выдержал, чтобы уже сегодня не предложить в качестве типа постэлитарного государства для будущего вожделенного царства свободы коммуну. И не только для того, чтобы не оставлять пробел в важнейшей части текста революционной программы. Для использования этого известного понятия есть много других причин. Во – первых, оно предлагается по примеру реальных сообществ, существовавших ещё в начале новой эры и периодически возникавших в истории человечества. Это – одно из разнообразных идеологических направлений, популярных в народе, связывало организацию жизни в человеческом сообществе с соблюдением равных прав и обязанностей для всех его членов. Не с социальным равенством во всём, чего так боятся люди, умеющие за счёт хитрости и нахальства неплохо устроиться без особых усилий, а только в правах перед законом, прежде всего, на труд и на достойную жизнь. Я уже писал выше, что за 150–200 лет до Рождества Христова, на востоке Римской империи возникали первые религиозно-хозяйственные сообщества, которые называли себя коммунами. Объединяться в них народ заставляла нищета в стране, возникшая после многочисленных войн и восстаний.
Археологам удалось найти рукописи о жизни двух таких общин: Кумранской и Дамасской. Они существовали за счёт обобществлённого производства и равноправия всех своих членов во всех делах, признавали обязательное (для всех здоровых взрослых) участие в труде и справедливое распределение его продукта, адекватно затраченным усилиям.
Слово «коммуна» есть почти в каждом языке мира. Чаще всего оно обозначает что-то социальное, жизненное, определяет условия бесконфликтного совместного проживания группы людей. В «Манифесте коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса говорилось, что коммунами назывались, например, городские общины в Италии и Франции ещё в средние века, после того, как они отвоёвывали у феодальных господ некоторые права самоуправления. Вероятно поэтому, понятное и вошедшее в обиход название плавно перешло к наименованию движений, которые начертали на своих знамёнах призывы к свободе, равенству и справедливости, мирному сосуществованию, уважительному братскому отношению к ближнему, выживанию только за счёт собственного честного труда.
Так, во Флоренции коммуны руководили городами и самой провинцией почти четыре века. В них путём открытых выборов по воле большинства попадали люди разных сословий, которых вновь переизбирали всего через полгода. Также достигалось согласие при решении вопросов управления провинцией. В одном из городов в руководство коммуной входил великий Данте. И никого не смущало это неброское название сродни нашему общежитию.
Их спокойное подвижничество крайне важно для нашего взрывного мира. Ведь, несмотря на стремительное развитие общества, на то, что человеческий разум покорил высочайшие вершины, отдельные хитрые люди и правительства, хорошо понимая нормы международного права и морали, всё-таки пытались пожить вольготнее за счёт чужих богатств. В результате на земле с 3600 года до н. э., а затем до 80-х годов ХХ века, то есть за 5580 лет, только 300 были мирными. В остальное время прошло свыше 15 тысяч войн, которые унесли жизни около 3,5 млрд. человек. В Советском Союзе большую часть времени его истории торжествовали многие аналогичные элементы подобного типа государства, хотя довести его состояние до идеального воплощения не удалось. С его прочной победой на земле должна начаться истинная история человечества.
Можно было бы назвать это царство справедливости на земле и коммунизмом, но есть несколько «но». Во-первых, и самое главное, мы, коммунисты СССР, опозорили это великое звание, которое сделали таким наши отцы, осуществившие впервые в мире мечту миллиардов людей о создании светлого царства большинства, с властью трудового народа во главе, а затем в смертельной схватке победившие фашизм всех мастей. Народ не простил нам предательства его интересов, и не считает сегодня, как он называет, «комуняк» своими защитниками. Во-вторых, сложно представить, откуда пришло это понятие, что за ним стоит и, главное, до сих пор философы так и не сумели определить его суть. Наивное определение типа «каждому по потребностям» только отталкивает сторонников народовластия своей несерьёзностью.
В то же время реальность коммуны как структуры власти была доказана историей. Причём такая форма организации общества не зависела от степени развития производства, роста производительности труда и других показателей, существовала и в начале нашей эры, и в средневековье, и в наше просвещённое время. А наши философы ждут милости от природы, чтобы всё откуда-то взялось в избытке и позволило растущему количественно человечеству удовлетворить все его безграничные потребности. Коммуна пока не запятнала себя за тысячу лет, хотя в свой пик известности в Парижском виде имела много общего с масонами, рвавшимися к власти и боровшимися за свои лозунги с помощью романтиков – коммунаров, штурмовавших небо.
