На пассажирском сиденье кабины пустующего на рулежной дорожке топливозаправщика сиротствовала куртка из комплекта спецодежды ее оператора. Она была черного цвета с оранжевой каймой в области плечевой трапеции и выполнена из плотного негорючего материала. На плече красовался логотип авиаперевозчика, такой же самый, как и на борту злосчастного Аэробуса из которого получасом ранее я, то ли чудом, то ли благодаря волшебству Фреда выбрался на своих двоих. Роль чехла спинки водительского сиденья выполнял салатово-зеленый тряпичный жилет, с тонкими светоотражающими вставками серебристого цвета. Со своей функцией в виде чехла, разумеется, он справлялся уже достаточно давно, судя по количеству маслянистых пятен и потеков авиационного керосина на нем. Ну и куда же без традиций, – в качестве предмета маскировки мне достался именно он.
Нацепив на себя грязную занавеску, я влез в низкопосаженную кабину топливозаправщика с панорамными окнами, внешне напоминавшего больше марсианский ровер. Если мне казалось, что в зеленом светоотражающем жилете я выгляжу крайне нелепо и только привлекаю к себе ненужное внимание, то Фрейд, усевшийся рядом в кресло водителя в куртке от подрядной фабрики по пошиву спецодежды, смотрелся очень даже убедительно. Поводив руками вдоль приборной панели, он высмотрел кнопку «старт-стоп» и с притаением дыхания нажал на нее указательным пальцем. Вал стартера провернулся, заставив ожить дизельный мотор, спрятанный под кабиной. В сферическое зеркало, висевшее за окном, я увидел как из трубы, закрепленной под рамой, на свободу вырвались черные как сажа выхлопные газы.
– Куда едем? – с улыбкой спросил Фрейд.
– Я думал, ты знаешь, – робко выронил я.
– Нет, я здесь, так же как и ты, впервые, – продолжал он улыбаться. – Всегда хотел прокатиться на такой штуке. Да и это всяко лучше, чем торчать с агентами Интерпола, да еще и с поддельными паспортами.
По возвращению домой из Санкт-Петербурга, когда мы помогали местным сыщиками в поимке серийника, меня ждал подарок, если его можно таковым назвать. В коробочке перевязанной красной лентой лежали национальный и заграничный паспорта, а так же водительское удостоверение с моими фотографиями, но выданные на имя некого Александра Егоровича Белошенко уроженца Ростова-на-Дону. Дмитрий попросил спрятать настоящие документы куда подальше и использовать их только в крайнем случае, пользуясь только теми, что он для меня сделал. Это был абсолютно правоспособный аусвайс набор, позволяющий открыто перемещаться и заниматься всеми своими делами. По правилам нашего закрытого клуба, время от времени мы должны были менять место дислокации и свои имена. Такие требования были продиктованы соображениями собственной безопасности. Работа требовала постоянных перемещений, нелогичных и незакономерных денежных трат, а так же постоянного появления при весьма неординарных обстоятельствах. Но в случае с Интерполом действительно возникали определенные сложности. Если в подлинности наших паспортов сомнения у них вряд ли бы возникли, то вот с биометрией, которая в этих кругах широко используется, случились бы проблемы. Так или иначе, вопросов к нам у них уже будет достаточно, только за одну попытку бегства с угоном топливозаправщика.
Мы и правда не имели и малейшего представления о том где мы находимся и куда движемся. По данным из интернета, аэропорт Шарль-де-Голль это крупнейший аэропорт Пятой республики, расположенный в двадцати пяти километрах к северо-востоку от Парижа на равнинах Иль-де-Франс. В общем и целом, кроме того что аэропорт воистину огромен, в сети ничего дельного так и не отыскалось, в связи с чем мы решили действовать интуитивно. Соглашусь, что это такой себе план, но временем на подготовку чего-то масштабного мы не располагали. Совсем скоро нас должны были начать искать, либо искать угнанную цистерну. В любом случае, каждый из возможных сценариев закончится перекрытием всех выходов и нашей поимкой. Как можно объяснить такое поведение полиции? Думаю, что никак.
Возле одного из складских модулей был тягач с полуприцепом, водитель которого стоял около только что опечатанных грузовых створок, и подписывал какие-то бумаги. Рядом с ним находился человек в оранжевой накидке и с рацией в руках. Он постоянно отвлекался от разговора с водителем на работавший рядом погрузчик, резкими жестами отдавая его оператору какие-то указания.
– Он сейчас уедет. Подпишет накладные и adieu, – перешел Фрейд на французский. – Он – наша путевка за забор.
– И как мы вместе с ним уедем?
– Разберемся, – ответил Фрейд, подмигнув мне, но обернувшись на дорогу, резко вдарил по тормозам.
