На второй день Мишель принес в дом коробку с принадлежностями для грима. Вокруг моего рта наклеили эспаньолку, а Фрейду густые усы и не менее пышные брови. В таком дурацком виде Мишель сфотографировал нас сидящими на стуле, а днем позже принес удостоверения личности, по которым мы смогли покинуть Францию.
Обратный перелет в Москву обошелся без приключений, хотя я и не без нервозности поглядывал на некоторых окружающих. Аэрофобом я конечно же не стал, но за весь полет глаз сомкнуть мне так и не удалось.
Отрапортовав о своем прибытии Ирэн, все это время героически справлявшейся с моим бестолковым псом, я еще пару часов пробыл на даче, а затем вновь уехал. На этот раз в подмосковный Серпухов. Мне никак не удавалось оставить в покое мысль о Маяке Надежды. Приехав заполночь к дому Алексея, я еще двадцать минут просидел на лавочке, наблюдая за наручными часами. Ровно в полночь я набрал на домофоне номер квартиры. Хипсер-здоровяк ответил встревоженным голосом, но после недолгих переговоров все, же открыл мне дверь. Я ступил на порог его квартиры под удивленный недоумевающий взгляд.
– Ты должен нам помочь, – начал я разговор снимая с ног кроссовки и проходя в комнату.
– А мне кажется, я ясно дал вам понять, что заниматься поисками вашего Маяка я не намерен. Ты зря приехал, – уверенным басом возразил он.
– Дело в том, что я тут разузнал, через спецов наверху, – я многозначительно показывал пальцем наверх, как когда-то это делал Фрейд, – что вся эта игра с перемещениями всего лишь прикрытие. Настоящий след теряется во время передачи сигнала спутником. Хитрушка там какая-то.
Алексей заинтересованно посмотрел на меня. Я попал в цель. Фрейд не соврал.
– Откуда ты это знаешь? – озадаченно спросил он меня.
– Я же говорю, спецы подсказали из органов. Ты же сам говорил, что у них широкие доступы.
– Говорил, – продолжил Леха с подозрительной интонацией. – Но как знать, что ты не один из них. Я в этих ФСБшных играх участвовать не хочу, мне не нужны неприятности.
– Успокойся, я не из них.
– А кто ты тогда, какой у тебя интерес к этому Маяку.
Я встал с дивана, прихватив с собой подушку, чем вызвал изумленный взгляд здоровяка, и положил ее около шкафа. Затем вернулся на место, продолжив разговор.
– Прежде чем я тебе отвечу, кто я, и что мне нужно от Маяка, ответь мне на главный вопрос – ты можешь разобраться с этими спутниками?
– В теории могу, – задумался Леха. – Я смогу поставить ловушку и перехватить настоящий сигнал, но только если заранее буду знать исходный код в публикации, точнее несколько его значений в определенной части кода, но это не возможно.
– Это возможно. Ты спрашивал меня кто я такой, так вот отвечаю, я что-то вроде пророка.
Леха разразился диким смехом.
– Чувак, – продолжал он смеяться, – понятно все с тобой, тебе голову нужно лечить. Давай заканчивай с этим. Пророк он.
Смех не отпускал его. Между тем, он встал с кресла и указывал мне на входную дверь, второй рукой держась за живот. Тем временем в комнату вошел кот по кличке Байт. Он дошел до окна, а затем, уцепившись когтями за штору, взобрался на шкаф.
Я посмотрел на часы. Циферблат показывал три минуты первого.
– Подойди к окну, – полностью серьезным голосом обратился я к Алексею.
– Что?
– Ты мне не веришь, я тебе докажу.
Продолжая смеяться надо мной, он подошел к окну и, отодвинув занавеску, осмотрел двор.
– И что я там должен увидеть? – насмешливо спросил он у меня.
– Видишь троих?
– Ну, вижу.
– Они устанавливают фейерверк. Чуть поодаль девушка гуляет с собакой, кажется спаниель. Он на поводке. Сейчас они запалят фитиль…
– Они его подожгли фитиль, и что? – перебил меня Леха, – Ты их сам мог попросить это сделать.
– Дослушай. Фейерверк начнет стрелять. В этот момент у девушки зазвонит телефон, и она отвлечется, а собака вырвется и побежит к тубусу. Зацепив поводком, она свалит тубус фейерверка на землю и один из зарядов ударит в припаркованный возле твоего подъезда седан.
Я продолжал сидеть на диване, наблюдая за смотревшим в окно хипстером-здоровяком. За окном один за другим вспыхивали разноцветные огоньки сопровождаемые хлопками и тресканьем, как вдруг одна из вспышек оказалась ярче других, а хлопок показался грохотом. Завыла сирена сигнализации. Алексей от изумления отшатнулся назад, толкнув своим массивным телом шкаф, на котором гнездился кот. Испугавшись толчка, кот вскочил с места и бросился к шторе, по которой только что взбирался наверх. Второпях своим хвостом он зацепил фоторамку с фотографией взрослой женщины, которая полетела вниз и мягко приземлилась на заранее подстеленную мной подушку.
– Но как? Как ты это все? – не смог закончить свой вопрос преисполненный демонстрацией моих способностей здоровяк, поднимая рамку с подушки и протирая ее.
– Я же тебе сказал, что я вижу будущее. И поверь, там будет очень хреново, если мы не вмешаемся, и если ты не согласишься помочь.
На этот раз я говорим многозначительно и важно, даже немного выпендриваясь, осознавая красоту представления, которое только что продемонстрировал.
