Дармон согласился, да вот фильм, к которому Эол Федорович уже и тысячу рисунков наваял, и сценарий почти полностью сам настучал на машинке, так и остался неснятым, потому что его никто не собирался финансировать, даже французы. И пропасть между прославленным режиссером и деятелями культуры в поддержку перестройки продолжала расширяться. Через неделю после премьеры «Паспорта» в Белом доме на Краснопресненской набережной с премьерой «Небес обетованных» выступал Рязанов. Он пригласил Незримовых и с нетерпением желал услышать мнение потомка богов.
— Ужас! Как может один и тот же режиссер снять «Берегись автомобиля» и эту помоечную дребедень! — сказал Эол Эльдару. — Перед кем выслуживаешься? Опомнись, не теряй себя.
— Ничего иного я и не ждал от тебя услышать, — ответил Эльдар Эолу и отошел с написанным на лице «жаль мне тебя».
Вскоре «помоечную дребедень» все в том же «Огоньке» на десяти страницах Люблянская расхвалила и повела картину за собой к обетованным небесам славы — «Советский экран» назвал ленту лучшим фильмом года; далее Рязанов получил аж целых семь премий Ника: лучший игровой фильм, режиссура, музыка, звук, художник, костюмы и роль второго плана Ахеджаковой. Как выразился Незримов, Эльдарушка получил семинику; а в довершение славы и позора «Небеса» получили Гран-при на кинофестивале в Мадриде, в том самом, куда Незримовы отныне ни ногой, потому что там «царствует Альмудовар».
В «Небесах обетованных», кстати, снимался и Миша Филиппов со своей новой женой Наташей Гундаревой, андроповскую-то дочку он бросил. Играли Миша с Наташей здесь хуже некуда.
И михалковская «Урга» Незримову не понравилась, хотя он помягче выразился о ней после премьеры, не желая ссориться с Никитоном. А в сентябре, после ГКЧП, Никита Сергеевич повез «Ургу» в Венецию и там отхватил аж «Золотого левушку»!
Что творится в мире, Эол Федорович не мог понять, боялся сойти с ума, узнавая, к примеру, что в Каннах произошла давка, устроенная желающими попасть на похабный фильм «В постели с Мадонной» и увидеть саму Луизу Чикконе, бесстыжую американскую певицу, показывающую на экране урок орального секса.
А вскоре Эола ожидал второй сокрушительный удар со стороны Антиэола — статья «Агент Бородинский». Впрочем, предшествовал этой новой вылазке очередной выпуск популярной разоблачительной программы «Взгляд» Любимова и Политковского, в котором генерал-майор КГБ Олег Калугин, ставший с недавних пор гневным клеймителем своего родимого ведомства, говорил о том, какие прозвища давали в конторе глубинного бурения своим агентам. К примеру, деятелям культуры присваивались фамилии, в которых отражалось какое-нибудь произведение данного автора.
— Вот, скажем, известнейший режиссер снимает фильм о Бородинском сражении, ему соответственно присваивается кликуха: агент Бородинский. Думаю, все понимают, о ком я говорю.
И вскоре, в ноябре того гэкачепистского года, «Огонек» и выдал на-гора новое сочинение Элеоноры Люблянской, где подробно, со знанием дела и ссылками на сведения, полученные от генерала Калугина, рассказывалось о том, как вскоре после полета Гагарина тридцатилетний режиссер, снявший пару фильмов, вознамерился сделать кино о первом космонавте, но ему не дали, с ним стали встречаться сотрудники КГБ, а поскольку попутно он готовил картину к 150-летию Бородинской годовщины, в анналах всемирно известного мрачного ведомства появилась запись о том, что завербован и согласился давать информацию о людях из своего многочисленного окружения новый агент, по прозвищу Бородинский.
