– Уж лучше потерять часть воспоминаний, чем лишиться жизни.
Бэн был с ним явно не согласен, но решил промолчать и переключил внимание на еду. Брустер же ещё не очень хорошо себя чувствовал и потому ограничился сыром и маленьким кусочком мяса. Покончив с едой, он пошёл в спальню, осмотрел приготовленную для них одежду и остался удовлетворён: штаны с ремнём, тёплая рубашка и ботинки – ничего лишнего. Скинув свои лохмотья, он переоделся и завалился на кровать, с наслаждением вытянувшись и полностью расслабившись. После ночи, проведённой на палубе, мягкая постель была для него величайшей из наград.
Шевелиться не было никакого желания, но он всё же поднял с пола старую рубаху и вытащил кастеты, чтобы переложить их в карманы новой. Вот теперь всё. Судя по всему, их решили не торопить, и Кейн не преминул этим воспользоваться – когда ещё выдастся возможность хорошо отдохнуть.
С этими мыслями он провалился в глубокий сон.
Кейн проснулся и некоторое время лежал с открытыми глазами, не понимая где находится и почему на потолке нет привычных жёлтых разводов. А когда воспоминания вернулись, он с трудом смог поверить в их реальность – всё-таки Кейн никогда не думал, что окажется в тайнике Нострадо и свяжется с несуществующими феладиарами. Услышав шум, он повернул голову и увидел Бэна, храпящего на соседней койке, отвернувшись к стенке. Зевнув, Кейн сел на кровати и с удивлением обнаружил, что чувствует себя в отличной форме. Сон явно пошёл ему на пользу.
Обувшись и стараясь сильно не шуметь, он вышел из комнаты. При виде накрытых крышками блюд на столике, у него сразу же заурчало в животе. Под крышкой оказалась запечённая красная рыба с овощами. Не тратя времени даром, Кейн воздал ей должное, отметив про себя, что её принесли не так давно – она была ещё тёплой.
Очевидно, звон посуды разбудил Бэна, потому что не прошло и двух минут, как он, сонный, вышел из комнаты и присоединился к трапезе. Едва они съели последний кусок, как раздался стук в дверь и к ним бодрым шагом вошёл Герильд, облачённый в уже виденный ими зелёный костюм.
– О! Вижу, вы отдаёте дань уважения нашему повару. – Рид похлопал себя по выпирающему животу. – Сам не так давно насладился его изысками. Жаль прерывать, но нам пора – вас ждут.
Бэн хотел было съязвить, но сдержался. Облизав пальцы и ополоснув руки в тазике, они покинули дом. Обратив внимание на отключённые местами светары и отсутствие людей, Кейн поинтересовался:
– Видимо, снаружи уже ночь?
– Да, уже далеко за полночь, – подтвердил Рид.
Их провели по переулкам этого диковинного городка и вывели к тоннелю, который вгрызался в стену грота и уходил в его глубины. Только сейчас они заметили, что вдоль стен тянулись подобные ходы и занимали несколько ярусов выше – к ним вели вырубленные в скале лестницы. Бэну на ум сразу пришёл пчелиный улей. Вдоль стены тоннеля были вмонтированы специальные трубы из плаза, прочнейшего прозрачного материала, внутри которых «трудились» элементали – эфемерные сгустки магической энергии, подпитываемые арканитом и наполняющие своим светом освещающие магифакты. Но они работали только по той ветке, по которой они шли, хотя Кейн видел и другие ответвления. Наконец они вышли к стальной двери, и Рид сразу подобрался, застегнул пуговицы пиджака, бросил на них оценивающий взгляд и кивнул конвоирам.
Когда открылись двери, Кейн ожидал увидеть богато обставленные апартаменты и какого-нибудь важного старика, сидящего за отполированным столом, но его ожидания не оправдались. Помещение, в котором они оказались, больше напоминало склад, чем кабинет одного из феладиарских лидеров: множество непонятных установок, подключённых к арканитным генераторам, соединяющая аппаратура от которых тянулась к центру, где в зажимах располагался прямоугольник дымчатого стекла терсека, занимавший чуть ли не половину комнаты и бывший, вдобавок ко всему, очень холодным. Кейн также заметил несколько человек – видимо, обслуживающий эти механизмы персонал.
Дверь за их спинами захлопнулась и Кейн нервно обернулся.
Путь назад отрезан.
– Прошу. – Рид указал на стоящие напротив терсека кресла.
Переглянувшись с Бэном, Кейн первым решился принять приглашение. Костоправ ещё немного постоял, словно бы в раздумьях, прежде чем сесть рядом. Брустер поднял взгляд на терсек и невольно сглотнул подступивший к горлу комок. Всё-таки было жутко смотреть в это стекло, в котором вечно клубится таинственный туман.
– Расслабьтесь, вам ничего не угрожает, – успокоил их Рид, и, встав позади них, подал сигнал стоявшим у машин людям. – Начинаем.