Феодальное право собственности было сложным и уникальным. Оно признавало три формы владения землей: (1) аллод — безусловное владение; (2) фьеф — земля, узуфрукт, но не владение, передавалась вассалу на условиях дворянской службы; и (3) аренда — когда узуфрукт передавался крепостному или арендатору на условиях феодальных повинностей. В феодальной теории только король обладал абсолютной собственностью; даже самый высокородный дворянин был арендатором, чье владение было обусловлено службой. Владение сеньора также не было полностью индивидуальным; каждый сын имел право рождения на родовые земли и мог препятствовать их продаже.44 Обычно все поместье завещалось старшему сыну. Этот обычай первородства неизвестен ни римскому, ни варварскому праву,45 стал целесообразным в феодальных условиях, поскольку обеспечивал военную защиту и хозяйственное управление поместьем одному главе, предположительно наиболее зрелому. Младшие сыновья поощрялись к тому, чтобы отправиться на поиски новых владений в других землях. Несмотря на ограничения в правах собственности, феодальное право не уступало другим в почитании собственности и в суровости наказаний за нарушение прав собственности. В одном из германских кодексов говорилось, что если человек снимает кору с одной из ив, удерживающих дамбу, то «ему вспарывают живот, вынимают кишки и обматывают их вокруг причиненного им вреда»; а в 1454 году Вестфальский ордонанс постановил, что человек, преступно снявший участок своего соседа, должен быть зарыт в землю с торчащей головой, а земля должна быть вспахана волами и людьми, которые никогда раньше не пахали; «и погребенный может помогать себе, как может».»46
Процедура в феодальном праве во многом повторяла варварские кодексы, расширяя их усилия по замене частной мести общественными наказаниями. Церкви, рынки, «города-убежища» были наделены правом убежища; благодаря таким ограничениям месть могла быть отложена до тех пор, пока не наступит власть закона. Манориальные суды рассматривали дела между арендатором и арендатором или между арендатором и лордом; споры между лордом и вассалом или лордом и лордом передавались на рассмотрение присяжных «пэров баронства» — людей, по крайней мере, равного положения и из одного и того же фьефа,47 В епископальных или аббатских судах рассматривались дела, касающиеся лиц, состоящих в орденах, а высшие апелляции рассматривались королевским судом, состоящим из пэров королевства, иногда под председательством короля. В манориальных судах истец, как и ответчик, содержался в тюрьме до вынесения решения. Во всех судах истец, проигравший дело, подвергался тому же наказанию, что и ответчик, если бы он был виновен. Во всех судах было распространено взяточничество.48
Судебные разбирательства продолжались на протяжении всего феодального периода. Примерно в 1215 году в Камбрэ некоторые еретики были подвергнуты испытанию раскаленным железом; получив ожоги, они были приведены к костру; но, как нам рассказывают, один из них был спасен, когда после признания своих ошибок его рука немедленно зажила, не оставив следов ожога. Развитие философии в двенадцатом веке и новое изучение римского права породили отвращение к этим «испытаниям Божьим». Папа Иннокентий III добился их полного запрета на Четвертом Латеранском соборе в 1216 году; Генрих III ввел этот запрет в английское право (1219), Фридрих II — в неаполитанский кодекс (1231). В Германии старые испытания сохранялись до XIV века; Савонарола подвергся испытанию огнем во Флоренции в 1498 году; оно было возрождено в суде над ведьмами в XVI веке.49
