Через два года после падения Константинополя Феодор Ласкарис, зять Алексия III, создал византийское правительство в изгнании в Никее. Вся Анатолия с богатыми городами Пруса, Филадельфия, Смирна и Эфес приветствовали его правление; его справедливое и умелое управление принесло новое процветание этим регионам, новую жизнь греческой письменности и новую надежду греческим патриотам. Дальше на восток, в Трапезунде, Алексий Комнин, сын Мануила, основал еще одно византийское царство; третье образовалось в Эпире при Михаиле Ангелусе. Зять и преемник Ласкариса, Иоанн Ватацес (1222-54), присоединил часть Эпира к Никейскому королевству, отвоевал у франков Салоники (1246) и мог бы вернуть себе Константинополь, если бы не был отозван в Малую Азию, узнав, что папа Иннокентий IV пригласил наступающих монголов напасть на него с Востока (1248). Монголы отвергли папский план под ироничным предлогом, что они не желают поощрять «взаимную ненависть христиан».4 Долгое правление Иоанна было одним из самых достойных в истории. Несмотря на дорогостоящие кампании по восстановлению единства Византии, он снизил налоги, поощрял сельское хозяйство, строил школы, библиотеки, церкви, монастыри, больницы и дома для стариков и бедных.5 При нем процветали литература и искусство, а Никея стала одним из самых богатых и справедливых городов тринадцатого века.
Его сын Теодор Ласкарис II (1254-8 гг.) был больным ученым, эрудированным и занудным; он умер после недолгого правления, и Михаил Палеолог, лидер недовольной аристократии, узурпировал трон (1259-82 гг.). Если верить историкам, у Михаила были все недостатки — «эгоистичный, лицемерный… врожденный лжец, тщеславный, жестокий и хищный»;6 Но он был тонким стратегом и победоносным дипломатом. Одним сражением он обеспечил себе власть в Эпире; союзом с Генуей он добился горячей помощи против венецианцев и франков в Константинополе. Он поручил своему полководцу Стратегопулу инсценировать нападение на столицу с запада; Стратегопул подошел к городу всего с тысячей человек; обнаружив слабую охрану, он вошел и взял его без боя. Король Балдуин II бежал со своей свитой, а латинское духовенство города в праведной панике устремилось за ним. Михаил, едва поверив в эту новость, переправился через Босфор и был коронован как император (1261). Византийская империя, которую весь мир считал мертвой, пробудилась к посмертной жизни; греческая церковь вернула себе независимость; а византийское государство, коррумпированное и компетентное, еще два столетия оставалось сокровищницей и хранителем древней письменности, а также хрупким, но драгоценным оплотом против ислама.
Около 1080 года многие армянские семьи, возмущенные сельджукским господством, покинули свою страну, пересекли Таврские горы и основали королевство Малая Армения в Киликии. В то время как турки, курды и монголы правили собственно Арменией, новое государство сохраняло свою независимость в течение трех столетий. За тридцать четыре года правления (1185–1219) Лев II отразил нападения султанов Алеппо и Дамаска, захватил Исаврию, построил свою столицу в Сисе (ныне в Турции), заключил союзы с крестоносцами, принял европейские законы, поощрял промышленность и торговлю, давал привилегии венецианским и генуэзским купцам, основывал сиротские приюты, больницы и школы, привел свой народ к беспрецедентному процветанию, заслужил имя Великолепного и в целом был одним из самых мудрых и благодетельных монархов в средневековой истории. Его зять Хетхум I (1226-70), считая христиан ненадежными, вступил в союз с монголами и радовался изгнанию сельджуков из Армении (1240). Но монголы обратились в магометанство, воевали с Малой Арменией и превратили ее в руины (1303 и далее). В 1335 году Армению завоевали мамлюки, и страна была поделена между феодалами. Во время всех этих потрясений армяне продолжали демонстрировать изобретательное мастерство в архитектуре, высокое мастерство в миниатюрной живописи и решительно независимую форму католицизма, которая отбила все попытки Константинополя или Рима установить над ними господство.
