Пока он задавал свои вопросы, глаза его ощупывали помещение, в котором он очутился, переступив порог. Он медленно скользил взглядом по немногочисленным предметам. Подошел к окну, затем вернулся на прежнее место и снова все осмотрел. Заглянул в холодный камин. Подошел к шкафу, кулаком постучал в дверцу, распахнул ее и закрыл. Вообще же в гостиной Родиона, где они сейчас находились, почти нечего было рассматривать. Ей недоставало интересности. Но разведчик так не считал. Он дотошно приглядывался к каждой неважной безделушке. До смешного дотошно. Родион начинал понимать, зачем здесь этот человек. Его подозревали. Но в чем? Он постарался вспомнить, как добирался домой после казни. Но сколько не ломал голову, не мог этого сделать. В тот день он не помнил себя и вообще ничего не помнил, поэтому складно ответить на заданные вопросы казалось невозможным. Разведчик истолковал его молчание по своему.
– Вам нечего сказать?
– Я…могу сказать, я плохо помню подробности… – Родион помолчал, безуспешно напрягая память, – В то утро я вернулся домой. И весь оставшийся день, и все последующие дни был дома. Мне нечего вам поведать.
– Меня интересует, сразу ли вы вернулись домой? Вы уверены, что все последующие дни были дома? Например, пару дней назад вы никуда не отлучались?
Разведчик был чрезмерно саркастичен и задавал вопросы, истекая ядом.
– Я хотел бы знать, что произошло и почему вы вот так заявились ко мне?
– Узнаете в свое время, а сейчас отвечайте. Это в ваших интересах.
– Да, я сразу вернулся. И больше не выходил.
– А не подходили ли вы пару дней назад к тому месту на котором была казнена Мария Веина? Или может быть видели, как кто-то другой подходил к нему?
Разведчик не сводил глаз с Родиона. Вся сила его разума и весь опыт его шпионской деятельности сосредоточились в этих глазах, буравящих как стальные клинки. Но Родион остался спокоен под его взглядом.
– Нет. Я не подходил и не видел. А теперь ответьте, почему вы задаете мне эти вопросы?
Разведчик усмехнулся и уже в третий раз осмотрел комнату.
– Я жду ответа, – настаивал Родион.
Шпион наместника забормотал:
И добавил:
– Я же сказал, узнаете в свое время. А сейчас еще далеко не ваше время.
Первое волнение, вызванное появлением разведчика и его вопросами, улеглось. А холодное спокойствие легко перерождается в гнев, если собеседник ненавистен. Это и стало причиной того, что Родион начал терять самообладание.
– Если ты сейчас же не уберешься из моего дома, я вышвырну тебя сам, – произнес он, насколько мог сдержанно.
– Да неужели!? – воскликнул разведчик и глаза его лукаво заискрились, – Ну попробуйте. Только знаете ли вы, что я не один? И как только вы дотронетесь до меня своим пальцем, ваше будущее место пребывания определено. Не уверен, что вам там понравится, поэтому держите свои руки при себе. Это в ваших интересах. А пока я хотел бы еще кое о чем спросить. Зачем вы пошли на ту казнь? Разве так приятно видеть смерть своей возлюбленной? К примеру я, когда казнили мою, на казнь не явился.
– Я не стану отвечать ни на один вопрос.
– Напрасно.
Надоедливый посетитель больше ни о чем не спрашивал, но и уходить не спешил. Он продолжал ленивым взглядом исследовать комнату, дабы найти ответ в слепых и глухих стенах. Стены рассказали ему не больше хозяина. Тогда он прошел на кухню, похлопал там дверцами шкафов, подвигал стульями и вышел в коридор. Оттуда поднялся на второй этаж и исчез в спальне. Родион крался по лестнице. Деревянные половицы скрипели под его ногами. Он не думал о них. В голове у него не было ни единой мысли, но проснулось какое-то животное чутье. Он приготовился не на жизнь, а на смерть отстаивать свои права и достоинство. По мере приближения к спальне в нем зрела уверенность, что подлец разворошил его постель и что-то в ней ищет. Эта картина так ясно встала перед его мысленным взором, что больше никаких сомнений на этот счет не осталось. Стараясь не производить лишнего шума, он заглянул через приоткрытую дверь и…обомлел. Спальня была пуста. Разведчик испарился. Он не мог пройти обратно, тогда они бы неминуемо столкнулись в коридоре. Другим образом из спальни не выбраться. Родион влетел в комнату и в одну минуту перевернул все вверх дном.
– Ты, скользкая гадина, выходи!
