И вот это произошло. Брин приземлилась с той же легкостью, с какой спрыгивала с переднего крыльца дома, с высоты четырех ступенек. Она приземлилась на ноги и по инерции подалась вперед, упершись ладонями в землю и защитившись от серьезных травм. Пострадало только ребро левой ладони, которое слегка поцарапали покрывавшие землю ледяные гранулы. Кожу немного жгло. Брин выпрямилась и встала, рассматривая мерзлый камень, служивший дном мира. Представив, что дышит, Брин увидела, как изо рта у нее вырвался пар, как обычно бывает в середине зимы.
Впрочем, свет застал ее врасплох. Чистое белое сияние исходило словно из ниоткуда и озаряло новый мир вокруг. Брин видела все от одной стены каньона до другой. Вершины скал скрывались во тьме. На дне Бездны, где она очутилась, не было ничего, кроме покрытой наледью широкой равнины с неровной землей и жалкими наносами снега, которые пригнал давно стихший ветер.
– Роан? – позвала она, но не получила ответа.
Брин видела, как упала ее подруга; значит, она должна быть где-то неподалеку.
Брин запрокинула голову, гадая, не свалился ли вслед за ней кто-нибудь еще, но ничего не увидела.
Брин пошла куда глаза глядят и оказалась в лабиринте трещин, образовывавших узкие каньоны, зигзагами уходившие в темноту. Несомненно, именно через эти расщелины были перекинуты все те мосты, которые они преодолели на пути к замку короля Мидеона по равнине Килкорт. Невероятно высокие стены выглядели пористыми, как губка, их поверхность испещряли темные дыры – некоторые на уровне земли, другие выше, насколько хватало взгляда.
Время от времени Брин останавливалась и звала Роан. Звук ее голоса казался приглушенным. В Бездне царила тишина, нарушаемая лишь резким хрустом льда под ногами. Роан не отзывалась, и Брин, выбрав наугад проход, пошла по одному из ответвлений. Здесь их было несколько десятков, а может, и сотен. Чтобы все их обыскать, потребуется немало времени, но кроме времени у нее ничего не было. Рано или поздно она найдет Роан. Теперь это цель Хранительницы, а в качестве награды она сохранит рассудок. Поиск давал ей возможность заняться чем-то, кроме самобичевания за то, что она потерпела неудачу.
Чем дальше она углублялась в ущелье, тем ýже оно становилось. Это, как ни странно, придало ей уверенности. Пес Дарби часто забирался под стол или под кровать, когда чего-то боялся, и отец однажды объяснил Брин, что тесное пространство иногда успокаивает животных. Сейчас Брин посетило то же чувство защищенности, и ее удивило, что она совсем не боится Бездны. Единственное, на что она могла пожаловаться, это холод.
Эта мысль напугала Брин, и она отогнала ее прочь, будто инстинктивно отдернув руку после того, как случайно прикоснулась к горячему горшку. Она постаралась успокоиться.
Взяв себя в руки, Брин попыталась сосредоточиться. Роан могла забраться в одну из множества пещер, как Дарби заползал под кровать.
– Ро-о-о-о-о-ан! – снова позвала она.
На сей раз в ответ послышался какой-то шорох, что-то зашевелилось. На голом скалистом утесе Брин заметила движущуюся тень и вгляделась в нее в надежде увидеть знакомую фигуру подруги. Перейдя на противоположную сторону оврага, она присмотрелась повнимательнее. С чего бы Роан залезать так высоко? Тут Брин поняла, что это не Роан. Силуэт был слишком низким и широким. Кажется, это вообще не человек.
Сделав вдох, чтобы успокоиться, Брин стиснула зубы, распрямила плечи и начала подбираться ближе. В утесе было много дыр, напоминавших медовые соты. Большинство из них не дотягивали до настоящих пещер – так, трещинки и небольшие проломы. Приблизившись, Брин различила еще тени. Из дыр выползали какие-то существа, у каждого по две руки, две ноги и одной голове. Формой тела они напоминали людей, но явно не были ни рхунами, ни фрэями, ни гномами. Казалось, они слеплены из наполовину растаявшего воска. Покатые плечи, удлиненные конечности, лица с размытыми чертами и комками на месте носа и щек. У некоторых вместо рта была едва заметная впадина.
У Брин свело живот.
