– Бежим! – Стоя в зарослях овсяницы, лютиков и крестовника, Мойя следила за тем, как остальные рвутся к ней. – Сын Тэтлинской ведьмы! Бегите! – Все и так бежали изо всех сил, но она не могла не кричать.
– Уходи! Скорее! – откликнулся Тэкчин. – Не жди нас!
– Придется! Я не смогу одна выбраться. – И все же она поспешила вперед. – Давай же, Дождь! – закричала Мойя, когда Тэкчин, Роан и Гиффорд наконец поравнялись с ней.
– Королева не шутит, – заявил Тэкчин, подбегая к Мойе.
– Да ну? – воскликнула та. – А обычно Феррол, по-твоему, легкомысленно относится к своим делам? Мне так не показалось.
Как только Дождь их догнал, они вновь бросились бежать, но теперь стало ясно, что расстояние между ними и королевой быстро сокращается.
Тэкчин обернулся:
– Думаю, ничего у нас не получится.
– Получится! – рявкнула Мойя.
Миновав поля, они оказались в деревнях. Повсюду толпились люди, чье внимание привлекли громоподобный топот копыт, стук колес по кирпичу. В отличие от Нифрэла, здесь подобное, наверное, никогда не происходило. Колесница мчалась на полном ходу, повсюду разносились крики.
Все пятеро вытянулись длинной колонной, во главе которой шла Мойя, а замыкал шествие Дождь. В деревнях было трудно понять, в каком направлении двигаться, а дома теснились так близко друг к другу, что путникам не оставалось ничего иного, как вернуться на дорогу. Мойя тешила себя надеждой, что проклятие снято, но удача была не на ее стороне.
Когда отряд вновь перешел на бег, дорога опять дернулась назад. Мгновение спустя Дождь рухнул под копыта лошадей и колеса королевского экипажа. Колесница перескочила через его тело. Мягкий шлепок о кирпичи, секундный сбой монотонного цоканья лошадиных копыт – вот и все, что услышали путники. Поняв, что случилось, они едва успели отскочить в стороны, дабы избежать участи Дождя.
Королева придержала лошадей. Животные громко заржали и, тяжело дыша, с фырканьем повернулись боком к дороге. Прямо на ходу Феррол сошла с колесницы и направилась к беглецам.
Мойя выпустила град стрел, но все они сгорели в полете. Каждая превращалась в пепел еще до того, как ей на смену поспевала другая, а последняя даже опалила тетиву. Гиффорд обнажил меч, которого раньше у него не было, но клинок обернулся мерцающей змеей. Он ошеломленно вскрикнул и отшвырнул его.
– Ты ярко сияешь, мальчик мой, но не тебе со мной тягаться, – изрекла королева.
Тэкчин решил не тратить время на королеву и нацелил свой клинок на змею, зашипевшую на Гиффорда. Разрубив ее надвое, он посмотрел на королеву. Та не двигалась, молча наблюдая за ним. Тэкчин нахмурился и убрал меч в ножны.
– Что ж, было весело, не правда ли? – воскликнула Феррол. – Давненько мне не доводилось принимать участие в хорошей погоне, сколько уже… – Она свела брови и пожала плечами: – Ох, одному Этону ведомо сколько.
Феррол сияла не так ярко, как в Нифрэле. Мойя не могла понять почему: то ли общий свет Рэла поглощал ее личное сияние, то ли королева и в самом деле утратила часть силы. Конечно, она все еще обладала несомненной мощью и наводила не меньший страх: все те же острые скулы и тонкие как лезвия губы. Красавицей Мойя ее бы не назвала, но в ней была какая-то привлекательность, суровое, безжалостное очарование.
– У вас есть кое-что, чего я хочу, – обратилась королева ко всем сразу, поворачиваясь так, что плащ взметнулся в воздух и закружился вокруг нее.
Земля неожиданно затряслась. Путники пошатнулись, пытаясь удержаться на ногах. Мир вокруг содрогался. Королева тоже едва не потеряла равновесие, и уверенное выражение на ее лице сменилось тревогой.
– ФЕРРОЛ! – раздался из земли громоподобный голос.
–
Из земли показалась голова, лицо, сложенное из белых кирпичей.
– Как ты посмела вот так заявиться ко мне домой! – Кирпичи упали, обнажив поднимающееся тело Дроума. На его бородатом лице не было той веселой улыбки, которая запомнилась Мойе. Сейчас он сурово хмурился, но, по счастью, смотрел не на них. – Только я привел замок в порядок, как ты ломаешь мою дорогу!
Гигантская фигура, выросшая из земли, ничуть не испугала королеву.
– Так пойди почини ее и оставь нас в покое!
Дроума это, разумеется, не развеселило.
– Убирайся из Рэла, а не то я…
– А не то что? – огрызнулась королева.
– Не испытывай мое терпение, сестра!
Дроум вытянулся в полный рост, возвышаясь над ними, и сжал руки в кулаки, похожие на гигантские кувалды.
Из домов высыпали люди. Близко никто не подходил. Сбившись в небольшие группки, они испуганно взирали на происходящее. Некоторые вскинули руки, словно готовясь в любой момент прикрыть ими глаза, чтобы ничего не видеть. Почти все они были среднего возраста – уже не подростки, но еще без морщин. Такими они хотели себя видеть – или такими они себя
– Не будь глупцом! – вскричала Феррол. – У них ключ, дубина!
Гнев Дроума слегка поутих. Он обратил взор на Мойю:
– Ключ Этона? Это правда? Он у вас?
– Нет, – поспешила ответить Мойя, ощущая странное желание говорить правду.
