– Брин не любит тебя. Возможно, когда-то любила. Потом она узнала, кем ты был, кто ты сейчас и что совершил. Именно это вбило между вами клин. Убедило ее в том, что твое место не с ней, а со мной. Ты – один из моих людей, Тэш. Ты живешь не во сне. Ты видишь мир таким, какой он есть, – полем брани. Всех нас вышвырнули на эту арену и всем вручили оружие. Если сумеем, выживем. Верность нужно заработать, а за жестокость – заплатить. Таков ход войны, и она не заканчивается после смерти. Жизнь – лишь процесс отбора. Жизнь решает, на чьей ты стороне. Ты должен быть на моей. А она – нет. Зря ты отдал ей свое сердце. Если бы вы оба выжили, она бы оставила тебя так же легко, как сделала это на поле боя. Она никогда не смогла бы любить убийцу.
От последних слов он ощутил не просто холод, не просто ледяной укол. Его будто пронзили сосулькой. Такое действие оказывала правда. Он дрожал, задыхался и царапал ногтями пол, испытывая настоящую боль. Белый пол был не камнем, а выбеленной костью.
– Скажи мне, Тэш, – спросила королева нежным полушепотом у самого его уха. – Где ключ?
Он вздрогнул.
– Мы тебя обыскали. Ничего не нашли. Он у Мойи? У Брин? У нее, да? Может, у Гиффорда?
Она ждала ответа.
Тэш упорно молчал.
Королева отошла, забрав с собой свет.
– Ты теперь здесь, Тэш. – Ее голос стал громче. – Ты останешься здесь навсегда. Этого не изменить. Пора тебе познакомиться со своей новой семьей.
Теперь, когда свет потускнел, Тэш мог различить лица тех, кто его окружал. Многие оказались ему не знакомы – но только не галанты. Единственным, чье присутствие удивило Тэша, был Тэкчин, стоявший вместе с остальными. Большинство из них он убил, застиг врасплох, подловил, когда они были слабы или сбиты с толку. Он ни о чем не жалел и не собирался оправдываться. Они получили по заслугам. Его деревню они тоже уничтожили не в честной схватке.
Сэбек пожирал его особенно въедливым взглядом. Раны фрэя исчезли, а на поясе висели два ранее сломанных, но теперь целых меча, Гром и Молния.
– Тэш, – сказала королева, – ты в любом случае не сможешь быть вместе с Брин. В отличие от тебя, она здесь не останется. Ты ведь это понимаешь? Очень важно понять, что я говорю не о годе, десятилетии, сроке человеческой жизни, даже не о столетии. Нет, я имею в виду вечность. Ты проведешь ее здесь. Теперь это твой дом, а я – твой правитель. Я могу сделать так, что тебе здесь будет очень хорошо. В моем царстве нет излишеств, и на первый взгляд может показаться, что здесь темно, холодно и неприятно, однако здесь доступны удовольствия –
Тэш увидел ее. Она сама была светом, и смотреть на королеву было больно. Черты ее лица были резкими и прекрасными. Он не отводил взгляд. Она скривила тонкие, как лезвия, губы, и он почувствовал, как что-то сдавило ему сердце.
– Если ты откажешься пойти мне навстречу в такой мелочи, твое будущее окажется куда менее приятным. Сэбек просит отдать тебя ему, просит надеть на тебя оковы и сделать его рабом на тот же самый бесконечный срок. Очевидно, у него на твой счет свои планы, которыми он даже со мной не поделился. Но я догадываюсь. Зная его, могу сказать: тебе ни минутки не будет скучно.
Королева подошла ближе, и вместе с ней вернулся тяжелый свет, грозивший раздавить его.
– Скажи мне, Тэш. Где ключ?
Ей невозможно было противостоять, невозможно было стиснуть зубы и вытерпеть боль. Он не боялся телесных пыток. У него не было тела. Здесь шла отчаянная война силы духа, и Тэш проиграл Феррол.
Будто растаяв перед ней, он выкрикнул:
– Тресса… Он у Трессы… На цепочке на шее.
– Он лжет, – сказал один из окружавших Тэша духов – человек с густой черной бородой, одетый в плащ из шкуры медведя. – И я мог бы сразу сказать вам, что он именно так и скажет. Они все ненавидят мою жену. Презирают ее. Они бы ни за что не отдали бы ей эту штуку, но он, конечно, первой выдал именно ее.
– Это правда, Тэш? – Свет стал еще тяжелее, отчего из горла Тэша изверглись звуки, которых он никогда не слышал и не подозревал, что способен их издавать. – Думал провести меня? Можешь противостоять мне? Ты солгал?
