Еретик. Книга 2 полностью

Элиза слушала речи молодого графа со смешанными чувствами. Гийом вызывал восхищение как заступник. Но Элиза помнила, как он разговаривал раньше, и это разительно отличалось от того, как он говорил сейчас. Да, теперешняя ситуация располагала его к официальной, высокородной манере изъясняться, без той непринужденности, которую он проявлял с Элизой наедине. И все же было в его речах что-то чужое. Пугающее.

Миг спустя Элиза поняла, в чем дело: в своих речах Гийом все меньше походил на себя и все больше – на Анселя де Кутта. Элиза не знала, почему, но в этом ей мерещилась опасность. Похоже, ее замечали и молодые шевалье, и это был единственный вопрос, в котором Элиза была с ними согласна.

– А ты изменился, Гийом де'Кантелё, – нарушил тягостное молчание Франсуа. – Помнится, пару лет назад, когда мы бывали у тебя, ты не отказывался от поездок на охоту. И в таверне мы с тобой тогда славно повеселились. Быть может, нас до сих пор там помнят, мы же им половину столов переломали. Хорошо, что у тебя тогда были с собой деньги. А сейчас ты даже пить не хочешь! И что-то не припомню за тобой манеры заступаться за деревенских девок. Гийом, которого мы знали, скорее, присоединился бы, чем стал читать морали и угрожать в ответ на пустяковое предположение. – Юноша передернул плечами, пытаясь продемонстрировать небрежность и презрение, хотя его смятение бросалось в глаза.

– Знали меня? – проигнорировав все остальное, Гийом склонил голову набок, расплылся в заговорщицкой улыбке и вкрадчиво поинтересовался: – Уверены?

Двое молодых людей посмотрели на него, неуютно поежившись. Ответа этот вопрос не требовал, суть его состояла во вполне однозначном намеке: вам пора. Вам здесь больше не рады – отныне и навсегда.

– Да уж. Не этого мы ждали на твоей земле. А даже малейшие наши попытки разбавить эту нежданную скуку, – Франсуа бросил взгляд на Элизу и Рени, все еще жавшихся друг к другу, – ты прервал.

Андре, наконец, вступил в разговор, потянув друга с собой за плечо:

– Пожалуй, нам лучше уйти.

– Воистину, нам больше нечего здесь делать! – с вызовом бросил Франсуа.

– И это твоя самая мудрая мысль за сегодняшний день, – с елейной улыбкой кивнул Гийом. – Доброго пути, господа! Если надо, позовите слуг, они помогут вам со сборами.

Бывшие приятели не ответили, но Гийому и не требовалось слушать их комментарии. Они перестали интересовать его сразу же, как пропали из виду. Только теперь он убрал руку с эфеса меча и перевел взгляд на Элизу. В нем читался легкий укор.

– Ну, и что это было, скажи на милость?

– А что еще мне было делать?

Гийом глубоко вздохнул, покачав головой и улыбнувшись.

– Ты была и остаешься мастером задавать сложные вопросы. Даже если они так просто звучат. – Он легонько усмехнулся.

Элиза сдвинула брови к переносице, стараясь игнорировать этот легкий налет чуждости в его словах.

«Я не хочу разговаривать с Анселем!» – требовательно подумала она. – «Я хочу разговаривать с тобой. Пожалуйста, Гийом, хотя бы передо мной – не рисуйся!»

– Я пойду? – тут же поинтересовалась Рени. Элиза не успела среагировать, а сестра уже потянула корзину, в которой лежало несколько глиняных мисок и тарелок. Сестры ходили в деревню к гончарных дел мастеру, прежде чем случилось досадное происшествие. – Могу забрать.

Элиза лишь сейчас опомнилась и, энергично кивнув, сбросила с себя легкую растерянность.

– Ох… спасибо, Рени, – улыбнулась она.

Рени, забрав корзину, слегка поклонилась Гийому:

– Спасибо, что появился так вовремя и помог, – сказала она.

Он в ответ гордо ухмыльнулся и расправил плечи, словно бы говоря: «кто, если не я». Похоже, Рени прекрасно поняла его ответ и кивнула. Уже через мгновение она засеменила в сторону дома.

– Лучше ты мне ответь: вот что бы вы делали, не появись я? – спросил Гийом, переведя взгляд на Элизу.

Та виновато опустила голову.

– Думаю, рванули бы к лесу изо всех сил. Вряд ли эти двое ориентируются там, а гнаться за нами или забивать свои головы планами мести и жалобами, как мне кажется, они бы не стали. Просто не сумели бы удержать мысль в своих пустых головах так надолго. – Элиза презрительно хмыкнула.

– Я бы не был так уверен, – вкрадчиво проговорил Гийом, подходя к ней ближе. Элиза неопределенно повела плечами, вновь смутившись.

– Они могли бы, – она нахмурилась, – побежать жаловаться тебе. Вряд ли твоему отцу, дело ведь пустяковое. А ты сказал бы им то же, что и сейчас. Ведь сказал бы?

Казалось, Гийом искренне задумался над ее вопросом.

– Скорее всего, да.

Элиза присмотрелась к нему более внимательно и поняла, что всколыхнуло в ее сердце печаль. С момента их последней встречи Гийом осунулся, кожа стала еще бледнее, под глазами наметились темные круги, а черты лица – и без того острые – заострились сильнее прежнего. При этом регулярные тренировки, которым он посвящал немалую часть времени, отражались на его сложении.

– У тебя такой вид, – хмыкнула Элиза, стараясь за небрежностью тона скрыть истинное беспокойство. – Ночами не спишь, что ли?

– Частенько, – осклабился Гийом.