Еретик. Книга 2 полностью

– Я этого не говорил, – улыбнулся он. – Если хочешь совсем честно, мне кажется, что будь таких инквизиторов, как ты, хотя бы по одному в каждом городе Франции, – он помедлил, – многих костров удалось бы избежать. Ты способен спасать людей, Вивьен. И это очень важно и ценно. С твоими воззрениями из тебя вышел бы справедливый и поистине великий инквизитор. Либо столь же великий ересиарх.

Вивьен округлил глаза.

– Ансель!

– Прости. Плохая шутка. – Он смиренно опустил взгляд. – Но в этой шутке содержится доля предупреждения. Если ты научишься правильно применять свой образ мысли во время работы, ты спасешь много жизней, Вивьен Колер. А если не научишься, – Ансель покачал головой, – можешь сурово ответить за свои мысли перед теми, кого сейчас считаешь своими собратьями.

Вивьен опустил голову и тяжело вздохнул.

– Я понимаю, – тихо произнес он. – Спасибо, Ансель. Вряд ли я смог бы поговорить об этом еще с кем-то.

Ансель похлопал его по плечу.

– Рад, что смог помочь.

Вивьен кивнул, затем развернулся и задумчиво побрел прочь.

«Да поможет тебе Господь, Вивьен Колер», – подумал Ансель на прощание.

Руан, Франция

Год 1355 от Рождества Христова

В этом году начало весны в Руане выдалась промозглым. Дороги покрылись плотным слоем разнесенной лошадьми и повозками грязи, дожди лили почти беспрестанно, а в воздухе витал влажный холод, пробирающий до костей с каждым порывом ветра.

В компании Анселя и Вивьена Ренар сидел за столом в трапезном зале, вцепившись в кружку с вином. Он то и дело прикасался подрагивающей от слабости рукой ко лбу и чувствовал приближающийся жар. Шмыгнув покрасневшим носом, он устало вздохнул, сделал глоток вина, чтобы согреться, и тоскливо взглянул на друзей. Те непринужденно вели светские беседы. И как их только хватало на то, чтобы так долго держать нить этого витиеватого разговора? Сам Ренар уже давно эту нить потерял. Слабость тяжело разливалась по его телу, нагоняя сонливость.

– Может, ты все-таки последуешь совету лекаря и пойдешь домой? Тебе нужен покой, – со снисходительной улыбкой обратился к нему Вивьен, прервав свою речь.

Ренар недовольно скривился.

– Я еще не настолько вял, чтобы слечь. Этот… – Он замолчал и через мгновение громко чихнул. – Этот недоучка самонадеян, как черт!

Ансель улыбнулся и покачал головой. Если у него и нашлись замечания к словам ученика, то он решил оставить их при себе, как поступал довольно часто при беседах с молодыми инквизиторами.

– Лоран, по-твоему, платит недоучке? – саркастично прищурился Вивьен. – Ты ведь и сам рекомендовал этого лекаря другим.

– Отстань, – устало отмахнулся Ренар.

Вивьен закатил глаза и пожал плечами.

– Ладно, отстал.

– Он лечит арестантов перед приговором! – презрительно фыркнул Ренар, отчего-то передумав заканчивать этот мелкий спор. – Что он может знать о том, чтобы вылечить нормального человека?

Перед тем как опровергнуть слова друга, Вивьен взглянул на Анселя и заметил, что тот напрягся от этих речей. Лицо его вытянулось, взгляд неуверенно забегал, словно в поисках того, за что можно зацепиться. Это продлилось всего пару мгновений, однако всколыхнуло в сердце Вивьена невольную тревогу. Уже не в первый раз. Желания препираться с Ренаром насчет навыков местного лекаря тут же поубавилось, мысли обратились в совсем иное русло.

«Можно понять, почему тебе неприятны наши упоминания об арестантах и допросах. Многим на твоем месте было бы не по себе. И все же ты реагируешь глубже, словно воспринимаешь любой из этих разговоров как личную угрозу». – От собственных мыслей Вивьена пробрала волна легкой дрожи. Напрашивался вывод, который ему совсем не хотелось делать. Для Анселя это могло стать приговором. — «Мне ведь это кажется, Боже? Как я надеюсь, что мне это только кажется! Ансель… не должно так быть».

– Мы можем найти тебе другого лекаря, – собравшись и заставив себя отринуть ненужные мысли, хмыкнул Вивьен, перестав буравить Анселя глазами.

– Я предпочел бы знахарку, – мечтательно шмыгнув носом, прогнусавил Ренар. – Хорошенькую.

Ансель нервно усмехнулся, но от Вивьена не укрылась мелькнувшая на его лице гримаса – он не разобрал, было это отвращением, неприязнью или даже мучением. Ренар тоже обратил пристальное внимание на наставника.

– Что? Надо же получать удовольствие от такого неприятного процесса, как лечение! – требовательно и протяжно проговорил светловолосый инквизитор.

Вивьен скептически приподнял бровь.

– Похоже, здесь не все разделяют твои позиции, мой друг.

Оба молодых человека уставились на Анселя с явным запросом на разъяснения. Тот с характерным для него смиренным выражением лица склонил голову, опустив взгляд в почти нетронутое вино – единственное за этот вечер – и вздохнул.

– Видно, мне стоит попросить прощения за некоторое… осуждение, которое промелькнуло на моем лице и не укрылось от вас, – невесело усмехнулся он. – Не принимайте на свой счет. Выходит, в моих разумениях образ служителей Господа был наделен несколько большей… праведностью.