Восторга я не разделяла. Может, потому что видела это много раз. Может, потому что не могла избавиться от гнетущей мысли, что каждый шаг сюда – не по своей воле. Ладонь сжала рукоять кинжала, взгляд прошёлся по плечам Андраса, по походке Рианса. Ощущение, что эти двое начали играть в одной команде, скребануло под рёбрами.
– Ты сразу поняла, что Андрас демон, – бросила я в спину идущей впереди Илайн, не сомневаясь, что она поймет, к кому я обращаюсь. – Как?
Илайн обернулась, её губы тронула лёгкая светлая улыбка, по-настоящему тёплая.
– По глазам, – сказала она просто, будто называла что-то очевидное. – Тьма в них всегда узнаваема.
Я глянула на Андраса. Он шёл справа, сохраняя привычную невозмутимость. Как статуя, что всё видит и слышит, но ни на что не реагирует.
– Ты даже не попытался скрыть свою природу? – спросила я с укоризной.
Андрас слегка повернул голову ко мне, взгляд его остался прежним – спокойным и отстранённым.
– А смысл? Не я начал провоцировать, и к тому моменту тьма уже была призвана. Не хотелось, знаешь ли, чтобы кого-то прибили на месте.
Позади хрустнула ветка под чьей-то ногой.
– Это тебе, – голос Никласа прозвучал с надеждой и детской неуверенностью.
Я обернулась и увидела, как он протянул Тиане тонкий изящный цветок с серебристыми лепестками. В его движении было что-то трогательное, неумелое, как у мальчишки, пытающегося понравиться.
Тиана даже не взглянула. Но эльфийки рядом «одарили» Никласа укоризненными взглядами.
– Это мирианский морозник, – строго проговорила одна из них. – Очень редкий.
– Да? – Никлас невинно моргнул, улыбка его стала чуть извиняющейся. – Тогда, Тиана, прими как знак того, насколько ты ценна для меня.
Тиана не замедлила шага.
– Это знак того, что ты редкий идиот, – бросила она через плечо.
Две болтливые подружки Илайн вскоре отделились от нас, растворившись в зелёных аллеях. Их отсутствие принесло облегчение, словно шумный хор умолк, уступив место тишине.
Тропа вывела нас к массивной белокаменной арке, оплетённой зелеными растениями. За ней открывался вид, от которого сердце сжалось.
Мягкие лучи солнца лились сквозь стеклянный купол, рисуя замысловатые узоры на мраморном полу. Увитые диким плющом арки открывали проходы в аллеи, где между колоннами возвышались статуи эльфийских богов и духов леса. Крыша из витражного стекла переливалась разными цветами, отражая магию природы. Клумбы белоснежных роз тянулись вдоль дорожек, усыпанных нежными лепестками. Серебристые мотыльки порхали в воздухе, искрясь при каждом взмахе крыльев. В глубине журчал ручей, стекавший по каменным ступеням и питавший живительной влагой изумрудные мхи и редкие растения, что цвели только здесь. Воздух мерцал, словно наполненный пылью звёзд, а магия Милдэвэя охраняла это место от разрушения, оставляя его неизменным в течение веков.
Я застыла на пороге, безуспешно стараясь побороть воспоминания.
…Вот я босая бегу по этим дорожкам, чувствуя под ногами мягкий ковер из лепестков. Прячусь за колоннами, смеюсь, пока взрослые в панике ищут меня. Тянусь к светящимся мотылькам, веря, что смогу поймать их сияние.
…Сижу на мраморных ступенях ручья, опустив пальцы в ледяную воду, а неподалёку звучат голоса Дара и брата – сдержанные, но с мальчишеской искоркой, пробивающейся сквозь строгие слова. Мне нравится наблюдать за их тренировкой: за этим танцем мечей, за точностью движений, за тем, как металл рассекает воздух с грацией, доступной лишь тем, кто родился с клинком в руках.
Когда-то мне казалось, что этот мир вечен. Что Дар и Арес будут рядом всегда. Что я смогу вернуться сюда в любой миг, спрятаться, раствориться в запахе свежести и цветов.
Это место давно не принадлежало мне. Оно было чужим.
– Теперь это место открыто для всех? – спросила я.
И собственный голос тоже вдруг показался мне чужим. Илайн обернулась. На лице её было лёгкое удивление, сменившееся спокойной улыбкой.
– Конечно. Уже много лет, – мягко ответила она и продолжила: – Новый правитель решил, что оранжерея Милдэвэя должна принадлежать всем его жителям.
В её словах звучала убеждённость в справедливости решений правителя.
– Почему? – Тиана обвела взглядом мозаичные узоры.
Илайн легко, будто танцуя, повела нас вперёд по мраморной дорожке.
– Когда-то оранжерея была открыта лишь избранным, – начала рассказывать она, ласково коснувшись ладонью резной колонны, будто здороваясь с ней. – Её создали в честь богини Сильваны, покровительницы лесов и эльфов. Здесь течёт её энергия, питающая растения и придающая им силу.
– Магические свойства? – Тиана вглядывалась в золотистый пепел, мерцающий в воздухе.
– Да, – Илайн провела рукой по кусту с мелкими светящимися ягодами. – Эти лепестки исцеляют, ягоды наполняют силой, а корни умеют успокаивать самые тревожные мысли.
– Тогда зачем делать это место открытым? – удивленно спросил Никлас.