Я наклонился ближе, поймав её взгляд. Она не отстранилась. И я почувствовал – этот танец стал признанием. Тайным посланием, которое я смог разгадать.
Музыка стихла. Зал наполнился аплодисментами, но пальцы продолжали удерживать её за талию. Я слышал лишь её дыхание, чувствовал лишь жар её кожи под своими пальцами, видел лишь эти глаза, в которых плескалось что-то необъяснимое.
Астрид первой прервала молчание.
– Может, отпустишь меня? – в её голосе появилась нотка смущённой насмешки.
– А если я не хочу? – я наклонился чуть ближе, не собираясь отступать.
Она вздёрнула подбородок, будто надеялась взглядом осадить меня, но глаза её выдали: в них плескались искры задора. Мы словно продолжали танец, и ни один из нас не собирался сдавать позиции.
– Тогда я напомню тебе, что мы в центре бального зала, – спокойно сказала она. – И на нас смотрят. И если ты сейчас меня не отпустишь, я сделаю так, что тебе придется это сделать.
Я неохотно отвёл взгляд и огляделся.
Действительно, на нас было обращено слишком много глаз. Пары замерли в ожидании, кое-кто шептался. Элдарион наблюдал за нами с задумчивым видом. Только Андраса не было видно, но я уверен, что скрежет его зубов раздаётся в тенях зала.
– Ладно, уговорила, – пробормотал я и медленно выпустил её.
Мы отошли к колоннам, подальше от оживлённого центра. Но даже здесь, где свет мягче, а звуки глуше, её близость чувствовалась почти физически. Я глянул на неё и, не найдя слов лучше, выдал первое, что пришло в голову:
– Не видела ли ты Тиану с Ником?
Астрид чуть кивнула в сторону танцующих. Я проследил за её взглядом и увидел, как Никлас с Тианой двигались в ритме мелодии. Ник выглядел удовлетворённым, а Тиана явно старалась сохранять дистанцию, но всё же позволяла ему вести.
– Похоже, ему всё-таки удалось вымолить прощение, – заметил я, бросив на Астрид выразительный взгляд.
– Ты тоже хочешь молить о прощении? – с любопытством протянула она.
Я не стал юлить. Просто позволил себе сказать то, что думал.
– Возможно, у меня действительно есть за что просить прощения, – откровенность далась легко и неожиданно приятно. – Но пока я не уверен, что мольбы будут к месту.
Она удивилась. Лёгкое движение бровей, чуть затуманившийся взгляд – и снова сосредоточенность.
– Ты становишься всё интереснее, Рианс, – задумчиво произнесла она. – Скажи, ты всегда так ловко уклоняешься от ответов?
– Предпочитаю говорить только тогда, когда знаю, что слова имеют смысл.
– Какая философская позиция, – с лёгкой усмешкой прокомментировала она. – Почему ты вообще на этом балу?
– А почему бы и нет? – я пожал плечами, сохраняя лёгкость. – Разве у меня нет причин быть здесь?
– У тебя всегда есть причины. Вот только ты никогда их не раскрываешь.
– Что и требовалось доказать, – видя мое молчание, добавила Астрид.
Я замолчал. Несколько ударов сердца – и всё стало слишком ясно.
– Хорошо, – выдохнул я, тише, чем собирался. – Я здесь, потому что должен был сделать выбор.
Её брови едва заметно приподнялись.
– Выбор?
– Да.
– И что ты выбрал?
Я не сразу ответил. Смотрел в её глаза – зелёные, настороженные, яркие – и понимал, что не хочу больше прятаться за полунамёками.
– Тебя.
Она недоумённо моргнула, словно не поверив услышанному, но я продолжил, не давая ей времени спрятаться за иронией:
– Я выбрал провести этот вечер с тобой.
На лице Астрид промелькнуло нечто странное – будто где-то в глубине памяти вспыхнуло забытое воспоминание. В следующую секунду она вновь сосредоточилась, и в её взгляде появилось почти изучающее напряжение.
– Кто же ты такой, Рианс Либери? – наконец спросила она, пристально всматриваясь в моё лицо.
Я улыбнулся – искренне, просто, без масок. Она вспомнила. Ту фразу Андраса, сказанную в Легионе.
– Я Ардаэ́н-Рианс Дра́к’Вельд. Наследник драконов, – я слегка наклонился вперёд, с удовлетворением наблюдая, как её глаза расширились.
– И да, ты была права, – моя улыбка стала шире. – Я тот ещё недооборотень.
Мир передо мной раскололся. Гул голосов, сверкающие огни, звуки музыки – всё превратилось в далёкий приглушённый шум, будто я внезапно очутилась под водой. Кожу пронзил холод, и тут же его сменил жар, обжигающий и беспощадный, поднимающийся откуда-то из самой глубины.
Ардаэн Драк’Вельд.
Имя грохотом пушек ударило в моей голове, разорвав мысли в клочья. Он стоял передо мной, и его губы ещё хранили улыбку, но теперь она казалась мне надменной, торжествующей.
Дракон. Друг Ареса.
Мне стало трудно дышать, сердце заколотилось в беспорядочном ритме, гулкий стук отдавался в висках, в пальцах, в животе. Пятнадцать лет ненависти, пятнадцать лет боли, гнева и проклятий в адрес того, кто убил моего брата. И теперь – он передо мной. Предатель, разрушивший всё.
Руки дрожали. Перед глазами вспыхивали обрывки: его голос, его ладони, его губы на моих.