Я перевела взгляд на демона. Аметистовый узор с кромешной тьмой в середине. Цвета узоров зависят от преобладающих в маге-носителе стихий и направлений. Мрачным неподвластны иные стихии: тьма и разрушение – вот что они несут в себе, как и их творец. У меня же была целая радуга с преобладанием красного цвета моей стихии. В центре узора, который походил на аквиле́гию17, в виде круга сияла белая нить созидания. Вокруг неё друг за другом собрались красные «лепестки», под которыми бледно, но все же сияли другие: синие, жёлтые, зелёные, голубые. Обрамлял узор чёрный змей – разрушение.
– Меня начинает пугать такое затишье, – демон снова привлек моё внимание.
Говорить пока не хочется. Хоть металлическое ощущение в горле ослабевает, и общее состояние уже не похоже на «пригласите жнеца». Вместо ответа я многозначительно смотрю на демона, намекая, что жду обещанный рассказ.
Он вскидывает бровь.
– Подождать до полного восстановления ты не хочешь, как я понял?
Многозначительно закрываю и открываю глаза. В ответ раздается невнятное ругательство.
– После первого срыва в аудитории я начал искать ответы, – тихо заговорил мрачный. – Искал долго. Подобные случаи не зафиксированы, но один всё же нашёлся.
Пауза. Я чувствую, как Андрас начинает вливать в меня свою энергию, но всё же продолжает говорить.
– Это произошло в богами забытой деревушке, куда зачастила нечисть. Жители отправили прошение в магический совет Дэрривона, чтобы те прислали мага. Юный выпускник МАМ прибыл через несколько дней. Он довольно быстро расправился с хульдрами18, получил местную любовь, признание, и остался на пару дней. Дальше – по классике. Сеновал, благодарная девица, магия гормонов. Только в самый разгар этой «благодарности» их застал деревенский кузнец. Парень был влюблён в ту девчонку, и сцена, которую он увидел, вызвала в нём такой гнев, что пробудила спящую силу, о которой он и понятия не имел. Кстати, тоже огненную. Управлять ею, он, конечно же, не умел, но не растерялся и направил гнев на обидчика. Только вот вместе с магом, которого застигли врасплох, он и себя сжёг дотла, так что только две горсти пепла и остались на этом сеновале да перепуганная девица.
– Ну и как это связано со мной? – голос всё ещё слабый, но не скрипит. – Меня с колыбели учили магии, Андрас. Я не бездарь с сеновала.
– Эмоции, Астрид. Всё упирается в эмоции, – в голосе мрачного слышится усталость.
Но Андрас упорно продолжает вливать в меня энергию…
– Гнев пробудил силу в том парне. В тебе то же самое. У него она дремала, у тебя запечатана.
– Но не вся же, – бросаю, недовольно дёрнувшись.
Рывком отстраняюсь, прерывая поток, и силой стряхиваю его руки. Приподнимаюсь на локтях. Связь с потоками рвётся, не больно, но ощутимо, как хлопок.
– Истинная, – невозмутимо продолжает мрачный. – Астрид, ты демон. Тебе ли не знать, кто владеет самой разрушительной формой огненной магии.
– Демоны… – нехотя, с раздражением, потому что ответ очевиден.
– Именно. Потому что демоны способны выдерживать её, контролировать, управлять ею. Истинная ипостась – не красивый образ с рогами и эффектным нарядом. Это щит, оружие, канал для энергии. Когда повелитель запечатал твою ипостась, сдерживающие оковы ослабли.
– И магия ослабла, – не соглашаюсь я.
– Повторяю: эмоции, – Андрас встает с земли, отряхивая брюки. – Твоя ярость напитала стихию. Огонь начал искать выход, черпая твои эмоции как воздух. Единственным барьером выступало только твоё тело, – передо мной появляется протянутая рука, которую я игнорирую.
Взглядом пробежалась по себе. Мда, вид такой, что любая жрица любви заплачет от зависти: обугленные лоскуты ткани, тонкий слой зелёной мази, спутанные волосы. Однозначно пора переодеться. Кажется, я бросала в сумку-бездонку пару комплектов.
Словно услышав мои мысли, демон накинул мне на плечи свой плащ.
– Получается, во всём виноват папенька, – с укором сказала я, запахивая полы плаща.
Андрас шумно выдыхает, разворачивается на пятке. Делает шаг. Поворачивается обратно. Проходит немного, снова разворачивается. И так несколько раз, будто изнутри у него заклинило пружину.
– Астрид, зачем тебе это? – наконец спрашивает он, остановившись.
Голос хриплый, будто эти «повороты» выжгли из него остатки терпения.
– «Это» – это что?
– Рианс мне рассказал о том, как ты смогла потушить огонь. И не нужно сейчас говорить, что ты решила не мучиться и утопиться.
Я только и успела рот открыть, как меня заткнули.
– Ты в буквальном смысле перекрыла огню кислород. Ты поняла, что угроза смерти его усмирит, – Андрас делает несколько шагов ко мне, встав почти вплотную. – И сейчас: ты заметила, что я начал отдавать больше, чем мог. Но сделала вид, что просто разозлилась. Разорвала связь. Зачем, Астрид? Зачем ты хочешь казаться хуже, чем есть на самом деле?