Погодинская летопись повествует об этой операции ермаковцев так: «По сем же прииде со град Сибирь к Ермаку татарин именем Сенбахта и пове Ермаку, что царевичь Маметкул, Кучюма царя брат, стоит на реке на Вагае вверх по Иртышу реке, от града Сибири поприщ 100, а Сибирь город от града тоболская 15 верст по нынешнему содержанию. Ермак же посла некоторых резвых и искусных ратному делу. Поидоша ж сии воини, и дошедше агарян, и на станы их нападоша нощию, а им спящим, а иным ещё убужающимся, и многих поганых побиша. Царевича ж Маметкулова шатра доидоша, и обйдоша его, и яша его жива и со всем богатеством. Приведоша его во град Сибирь к Ермаку с товарищи. Ермак же рад бысть зело, и прият его честно, и поведа ему про государьское величество, и розказывает государево жалованье, и уласкает его ласкосердыми словесы. Царь же Кучюм ожидая к себе брата своего царевича Маметкула многое время, приидоша ж к нему вестницы и поведаша ему, царю, яко пленен бысть царевичь Маметкул. Слыша ж то царь Кучюм, и болезнова о том. И плакася со всем домом своим на много время».
Итак, с Маметкулом, который в последнее время досаждал Ермаку больше, чем сам Кучум, было покончено. Оставалось только доставить его живым в Москву, к ногам государя.
О послании в Москву донесения об успехе на Тоболе и Иртыше Ермак думал давно, с тех пор как водворился в Кашлыке и городке карачи Али-бека. Но всякий раз что-то мешало. Те, кого он намечал в посольство, постоянно были в деле. Казаков катастрофически не хватало. Выезды за пределы городков и за сбором ясака приходилось совершать всё меньшими и меньшими группами.
Но час всё же настал.
Что же рассказал потомкам Погодинский летописец?
«Егда ж изволи Бог предати православным крестьяном Сибирскую землю, по взятии, того ж лета Ермак с товарыщи послаша к госуларю царю и великому князю Ивану Васильевичю всеа Русии к Москве с сеунчем атамана и казаков, тут же послан был казак Черъкас Александров потому <…> не малой, всего 25 человек. И писали Ермак с товарыщи благочестивому государю и великому князю Ивану Васильевичю, всеа Русии самодержцу, что изволением всемилостиваго в Троицы славимаго Бога и Прчистой его Богоматери и великих всеа Русии чюдотворцов молитвами, а его, государя царя и Великаго князя Ивана Васильевича, всеа Русии, праведною ко всещедрому Богу молитвою и его царским счастием, его государевы люди, атаман Ермак Тимофеев с товарыщи, царъство Сибирское взяша и многих живущих ту иноязычных людей под его государеву царъскую высокую руку подвели и к шерти их привели, а сибирскаго царя Кучюма и с его детьми с Алеем да с алтынаем да с Ышимом и с его вои победиша и брата царя Кучюмова царевича Маметкула разбиша ж. А иноязычных многих людей татар и остяков и вогуличь привели к шерти по их верам на том, что им быть под его царъскою высокою рукою до веку, покамест <…> стояти, и ясак им госурю давати по вся годы, а на русских людей зла никакого не мыслить. А которые похотят к государю в его государеву службу, и тем служити его государева служба прямо, недругом его государским не спущать, елико Бог помощи подаст, и самим им не изменить, к царю Кучюму и в ыные орды не отъехать и зла никакого на всяких русских людей не думать, и во всем стоять в прямом постоянстве.
Послание ж от Ермака атаман и казаки к Москве приехаша. Поведано ж быть о том благочестивому государю. И благочестивый государь царь и великий князь Иван Васильевичь всеа Русии слыша сия и повеле отписку принять и вычесть перед своим царским лицем. И егда государь услыша Божию помощ и силу, яко снабдит Господь государство ево и пространство ему дарует и непокоривыя покоряет и повинных сотворяет, и неповинныя и непослушливые повинны быть, и тогда благочестивый государь царь прослави Бога и Пречислую его Богоматерь и великих московских и всеа Русии чюдотворцов, яко яви ему, государю, таковую превеликую богатиую милость: немногими вои таковое царство достиже, а на поганых победа быть. Ермака же заочно своим государевым жалованным словом пожаловал и похвалил, також и всех ево товарыщей атаманов и казаков. А тех сеунщиков пожаловал государь воим царским многим жалованьем, денгами и сукны. И паки государь отпусти их в Сибирь к Ермаку с товарыщи. И посла государь Ермаку с товарыщи многое свое государево жалованье, сукна и золотые. С ними же государь послал воевод своих князя Семена Волконского да голов Ивана Киреева да Ивана Васильева сына Глухова, а с ними казанских и свияских стрельцов сто человек, да пермичь и вятчан сто ж человек, и иных ратных людей 100 человек. А Ермаку указал государь быть к Москве. И Ермак в тое поре убит, покамес сеунщики ездили к Москве».
