— Ты не рад поездке? — спросил Астин перед тем, как отпустить юношу.
— С чего ты взял это? — изумленно приподнял бровь Кассандр.
— С самого утра ты не произнес ни слова, сверх необходимого, хотя что-то не дает тебе покоя, — начал молодой афинянин, целый день наблюдавший странное смятение на лице помощника.
— Тебе показалось, — улыбнулся Кассандр, — я просто не ожидал получить столь щедрый дар.
— Вот оно что, — облегченно вздохнул Астин, — в таком случае все в порядке, а теперь ты можешь идти, завтра нам предстоит ранний подъем и долгая дорога.
Отправив Кассандра отдыхать, Астин пошел в купальню, решив посвятить вечер не только приведению в порядок тела, но и подготовке к предстоящему разговору с юношей. У них будет целая неделя по пути в Олимпию, неделя, которая решит все и все изменит. «Догоняй свое сердце», — сказал отец, а Астин всегда был послушным и почтительным сыном, не собирался изменять этому и сейчас.
========== Глава 12 ==========
— Боги, как же я голоден! — воскликнул Астин, развязывая свой дорожный мешок и вытаскивая из него собранную матерью пищу.
— Не только ты, — улыбнулся Кассандр, отходя от костра, в который только что подбрасывал ветки, — я готов съесть целого барана!
— Глядя на тебя, и не скажешь, что ты способен на такой подвиг, — шутливо подмигнул молодой афинянин, намекая на стройность собеседника.
— Глаза тебе врут, — совершенно серьезно заявил тот, начиная разбирать собственный мешок, который готовил к путешествию Идей. — Надеюсь, мальчишка не забыл положить вино…
— Если забыл — будет наказан! — изображая сурового хозяина, заявил Астин. — Но не думаю, что он настолько глуп. Идей сможет добиться многого, если дать ему свободу.
— А ты дашь? — вытаскивая бурдюк с уже разбавленным вином, спросил Кассандр.
— Да, как только он достигнет совершеннолетия, — теперь Астин тоже не шутил, — я не бог, но такие мечты исполнять могу.
— Славно, — улыбнулся Кассандр, невольно вспомнив, что именно Идей когда-то спас его. — У тебя сердце твоего отца.
— Ты льстишь мне, хитрец! — покачал головой Астин, выкладывая на расстеленную ткань хлеб, сыр, масло и мясо. — Мне никогда не стать таким, как отец.
— Ты будешь лучше! — сорвалось с губ юноши. — Боги дали тебе многое и помогут подняться высоко!
— Перестань, — поморщился Астин, — никому неведомо будущее, кроме оракула. Возможно, завтра Атропос перережет мою нить…
— Нет! — прозвучало слишком громко и резко. — Не говори глупостей, друг мой! Тебе уготована долгая и счастливая жизнь с красавицей-женой и кучей детишек, похожих на тебя.
— Тоже мне счастье, — пробормотал Астин, поймал удивленный взгляд Кассандра и сменил тему: — Наш ужин готов, доставай чаши.
— Уже, — улыбаясь, Кассандр подал чашу, вторую оставил себе, а после наполнил обе вином. Затем афиняне устроились у костра и некоторое время молча утоляли голод. Когда же с пищей было покончено, Астин наполнил чаши и сказал:
— Я рад, что ты едешь со мной на Олимпиаду. Конечно, мне жаль, что отец не смог поехать с нами, но… С ним я ездил всегда, сколько помню себя.
— А я всегда мечтал увидеть игры, — честно сознался Кассандр.
— Скоро это осуществится, — мягко улыбнулся Астин, — мы узрим лучших мужчин Аттики, будем любоваться могучими спартанцами и подбадривать криками афинян. Ты запомнишь этот день навсегда!
— Благодаря тебе… — произнес Кассандр, а затем задал вопрос, мучивший с того момента, как он узнал о поездке. — Астин, неужели ты не нашел более достойного спутника, чем я?
Астин ответил не сразу, сначала снова наполнил чаши, посмотрел в огонь, словно черпая в нем силу, и только потом сказал:
— Прежде, чем я отвечу тебе, позволь рассказать историю, которую я слышал в Академии.
— Конечно, говори, — кивнул юноша, устраиваясь удобнее, — мне всегда было интересно, чему там учат.
— В тот день мы говорили об Эроте, — начал Астин, — согласись, что тема эта кажется юношам весьма привлекательной и важной. Я не буду утомлять тебя пересказом того, что услышал тогда, расскажу лишь историю, поведанную Аристофаном*. Ты слышал что-либо об андрогинах, Кассандр?
Юноша задумался, вспоминая, потом отрицательно покачал головой.
