– Это не очень точное сравнение, – Джон не сдержался и развил мысль: – Они больше напоминали две шахты. Большие, глубокие темные шахты, которые засасывают весь кислород…
– Да, в его присутствии на самом деле было душновато, – подтвердил Шерлок, и Джон захихикал. Они продолжали медленно танцевать, и Джону пришло в голову, что вообще-то они довольно неплохо двигаются вместе: очень слаженно, размеренно, без каких-либо затруднений…
– Ты хотел что-то сказать мне.
– М? – Джон моргнул, выныривая из своих мыслей.
– Ты сказал…
– О, – Джон сглотнул и наконец-то решился посмотреть на Шерлока, но встретился с его внимательными голубыми глазами и снова отвел взгляд. – Да. Эм. Ну, понимаешь… Д-дело в том…
– Ты нервничаешь.
– Нет. Ладно, да, ладно, я… я нервничаю. Слушай, Шерлок, я был… Ты был… Ужин с моими родителями и сегодняшний день, это все было… неожиданно мило. И я собирался спросить тебя, ну, я подумал, может…
Слова Джона оборвались вместе с музыкой, потому что небеса вдруг разверзлись и землю оросили первые тяжелые капли. Обещанные кратковременные ливни как из ведра хлынули на расслабившихся людей, и все с визгом кинулись врассыпную, пытаясь спрятаться от потоков воды.
– Бежим, – Шерлок схватил Джона за руку, и они со всех ног рванули из-под сплошной стены дождя. Маневр не удался: оба в буквальном смысле промокли до нитки, прежде чем смогли отыскать узкий проход между домами, более-менее защищенный крышами, и укрылись в нем.
Джон протер залитые водой глаза.
– Боже, с меня просто течет. Ты как?
Шерлок молча убрал со лба мокрые прилипшие пряди, а потом внезапно уставился куда-то через плечо Джона.
– Твоя мама.
– Что?
Больше Джон не успел сказать ничего, потому что губы Шерлока накрыли его рот.
Этот поцелуй был полной противоположностью предыдущему.
Тот поцелуй был мягким, нежным, сладким, этот – грубым, ненасытным, лихорадочным. Язык Шерлока раскрыл губы Джона и ворвался глубоко в рот, пробуя, изучая, скользя по зубам, по небу и, наконец, по его языку, который вплоть до этого самого момента так и лежал неподвижно. И тут в сознании Джона что-то щелкнуло, или замкнуло, или что там еще случается в головах у людей, когда они наконец-то, наконец-то осознают происходящее.
Джон вцепился в мокрые, потемневшие от дождя кудри Шерлока, притянул его ближе, прижался всем телом и ответил на поцелуй – так же жадно, так же страстно. Шерлок низко, едва ли не торжествующе застонал и с силой прижал Джона к стене, стискивая сначала его бока, потом – руки, а потом сцепляя пальцы в замок на его шее.
Один поцелуй перетекал в другой, в третий, и Джон смутно начал подозревать, что ситуация несколько выходит из-под контроля. Ради всего святого, они же в публичном месте! Шерлок всего лишь сказал, что заметил его маму, – и вот они уже целуются чуть ли не до потери пульса. Но останавливаться не хотелось. Джону пришлось усилием воли заставить себя открыть глаза и отстраниться от Шерлока. Он задыхался, ему не хватало воздуха, а голова ужасно кружилась. У него кружилась голова. Господи, только этого не хватало…
Внутри нарастал дурацкий счастливый смех, и Джон всерьез задумался о собственном психическом состоянии. Он отлепился от Шерлока и обернулся, чтобы посмотреть на маму. Ее нигде не было. Джон нахмурился и присмотрелся повнимательнее, но единственная женщина, которая в тот момент проходила мимо, была абсолютно не похожа на его маму. Во-первых, она весила на несколько фунтов меньше. Во-вторых, она была другой национальности.
Джон взглянул на Шерлока, который не сводил с него пристального взгляда, сглотнул и облизал губы.
– Это не моя мама.
– Наверное, я ошибся, – вздохнул Шерлок.
Он развернулся, явно намереваясь удалиться, но Джон схватил его за локоть – несильно, но все же достаточно цепко для того, чтобы дать Шерлоку понять: лучше бы ему остановиться и посмотреть Джону в глаза. Шерлок последовал этому безмолвному совету, и Джон покачал головой.
– Нет, нет… Ты не ошибаешься. Во всяком случае, не так сильно.
Шерлок моргнул и, ничего не сказав, засунул руки в карманы.
Джон в задумчивости склонил голову набок.
– Знаешь, все это время я думал, что схожу с ума. Вот честно. Мне казалось, будто я полный псих. Ты так вел себя и вообще, что я задумался, уж не поменялись ли мы каким-то образом ролями, или, может быть, ты просто прикидываешься, или у всего происходящего есть некая сложная глубинная причина, но теперь… Теперь я все понял. Я все понял. Это же так невероятно просто, так незамысловато, и мне на самом деле жаль, что я не смог сложить все кусочки раньше.
Шерлок продолжал безмолвно смотреть на него, и Джон застенчиво улыбнулся.
