– Я просто хотела, чтобы у вас был выбор, только и всего, – пожала плечами миссис Уотсон. – На ужин я приготовила замечательное жаркое, что, на мой взгляд, весьма неплохо. А то твой бедняжка – сплошь кожа да кости! Джон, ну неужели ты не можешь откормить его как следует?
– Мам… – начал было защищаться Джон, но мистер Уотсон ворчливо перебил его:
– Она торчит в этой кухне с тех самых пор, как ты сказал, что вы наконец-то приедете навестить нас. Я говорил ей не делать так много всего, но ты же ее знаешь. Она готовит столько же, сколько болтает, а это кое-что да значит. Надеюсь, вы оба прихватили с собой аппетит.
Миссис Уотсон направилась в сторону кухни, когда Шерлок неожиданно остановил ее, легонько коснувшись локтя. Она обернулась, и Шерлок протянул ей небольшой сверток, который за секунду до этого извлек из недр своего пальто.
– Это для вас, миссис Уотсон.
Та приняла подарок, развернула, и на ее лице расцвела теплая улыбка.
– О боже, это так мило! Артур, посмотри! Шерлок принес нам к ужину вино!
Джон уставился на Шерлока, как будто тот отрастил вторую голову. Шерлок купил его родителям подарок? Он болен? В него вселились бесы? Это слишком сильно не походило на Шерлока. Видимо, он не послушался советов Джона и все-таки решил устроить очередное театральное представление.
Миссис Уотсон радостно объявила, что сейчас же положит бутылку охлаждаться, мистер Уотсон направился прямиком к расставленным закускам, а Джон оттащил Шерлока в сторону и обличительным шепотом поинтересовался:
– Вино?
Шерлок нахмурился.
– Проблема?
– Да! – огрызнулся Джон и вздохнул, пытаясь расслабиться. – Нет. Вообще-то, нет, не совсем, просто… Я не ожидал такого. Когда ты вообще… – и Джон сам ответил на свой вопрос: – Так вот зачем ты ходил в «Теско».
– Джон? – окликнул сына мистер Уотсон, и тот, обернувшись, увидел, как отец жестом подзывает его. Джон нервно облизал губы. Он хотел выяснить, что еще задумал Шерлок, но потом все же решил, что сейчас не время для разборок. Поэтому Джон присоединился к отцу на диване, и Уотсон-старший тут же втянул его в обсуждение последних спортивных, а затем и политических событий. Джон и оглянуться не успел, как уже был полностью поглощен совершенно иными проблемами.
Шерлок, в свою очередь, перемещался по дому безмолвным наблюдателем. Время от времени Джон замечал его краем глаза: он то пролистывал какую-то книгу, то рассматривал семейную фотографию. Это несколько отвлекало Джона, но все же не мешало ему неожиданно увлечься беседой с отцом.
Чем дольше шел разговор, тем больше Джон начинал осознавать, как сильно соскучился по нему, да и по всей семье в целом. И даже по Гарри – хоть они никогда особо и не ладили, у них тоже бывали моменты близости. Просто порой общение в клане Уотсонов становилось… напряженным. Их никак нельзя было назвать идеальной семьей, пусть сейчас они изо всех сил старались выглядеть таковой. Бывали и ссоры, и горечь, и тяжелые времена, но также бывали приятные беседы, вкусные ужины и добрые шутки. Пусть и облеченные в форму ужасных анекдотов про химиков.
Мистер Уотсон прочистил горло.
– Я на самом деле рад, что ты приехал навестить нас, Джон.
Джон опустил голову.
– Я тоже рад, папа.
– И твой мужчина кажется мне… хорошим.
– О. Эм. Да. Отлично.
– Может, вы все-таки задержитесь у нас на ночь? – мистер Уотсон с отсутствующим видом почесал ухо. – Нынче к вечеру обещали ливни и паводки. В новостях говорили, будет просто стихийное бедствие.
– Мы уедем еще до того, как все начнется, – заверил его Джон, чувствуя, как от одной мысли о ночевке в отчем доме на шее выступила капля пота. Однако отец выглядел задумчивым.
– Что ж… Если вам нужно будет остаться… – он снова откашлялся, избегая взгляда Джона. – Твоя мать не против.
Джон сглотнул, не зная, что ответить, когда неожиданно его внимание переключилось на нечто крайне пугающее.
– А где Шерлок?
Мистер Уотсон пожал плечами, и Джон встал. Он обнаружил Шерлока на кухне разговаривающим с мамой. Та прижимала ладонь ко рту, ее плечи вздрагивали, и на какой-то момент Джон успел вообразить самое худшее, когда она неожиданно повернулась – слезы в глазах, раскрасневшееся лицо, – и Джон осознал, что мама… смеется. Точнее, пытается сдержать лавину неконтролируемого хохота. При виде Джона она начала хихикать, а потом сдалась окончательно, выпустив на свободу причудливую смесь бессмысленных слов и задыхающихся смешков.
– … Преступники… Взрывы… Печенье…
На последнем слове миссис Уотсон окончательно утратила контроль над собой и расхохоталась так громко, что в кухню заглянул мистер Уотсон. Он усмехнулся при виде жены.
– Чему это она так веселится?
– Я не знаю, – ответил Джон, не сводя глаз с Шерлока, который выглядел так же невозмутимо, как и всегда.
Миссис Уотсон взмахнула рукой и постаралась все объяснить, но ее снова хватило лишь на обрывки фраз:
– Шерлок… рассказ… о преступниках, которых он поймал, и… взрывающемся печенье!
