Прижав ладонь ко лбу, поворачиваюсь к бассейну. Хочется убраться отсюда как можно дальше, чтобы не решать никаких проблем. Я ненавижу чувство любви, от него одни проблемы. На планете так много людей, как же так получается, что из всех этих миллиардов мне нужен только один человек?
А что, если Кэмерон – моя судьба? Что, если мы предназначены друг для друга? Тогда получается, что я бегу от собственной судьбы? Или я все делаю правильно? Еще и Гарри решил излить пьяную душу в трудный период моей жизни. Мне нужен хоть какой-нибудь знак, чтобы понять, что делать дальше. Пусть на меня прямо сейчас упадет тату-салон или билет на самолет – что угодно.
Судьба дает мне ответ слишком быстро. Из-за угла дома появляется компания парней. Сердце опережает мое зрение и болезненно сжимается за секунду до того, как я вижу Кэмерона. А затем это глупое сердце начинает биться так сильно, что я боюсь, как бы оно не сломало ребра и не вырвалось наружу, чтобы упасть к ногам Кэма.
Сабрина ведь сказала, что его не будет здесь, что он уехал из города. Черт, наверняка она тоже не ожидает таких гостей! А особенно – Зейна.
– Гарри, я отойду на несколько минут, – бросаю я, направляясь искать Сабрину. – Не бросай Прю.
Буквально чувствую на себе взгляд Кэмерона. Повернув голову, убеждаюсь в том, что не ошиблась. Он кивает мне, и от нервов я широко улыбаюсь в ответ и взмахиваю рукой, отчего Кэм хмурит брови.
Он слишком хорошо меня знает. Знает настолько хорошо, что начинает осматривать толпу в попытке понять, что именно не так. Я ухожу, стараясь затеряться среди людей, танцующих в свете цветных прожекторов, и одновременно слежу за Кэмом. Оглядывая толпу, он поднимает бутылку пива, но горлышко застывает в паре сантиметров от его губ. Он нашел, что искал. И хлопает Зейна по плечу, чтобы показать.
Добравшись до Рины, трясу ее за локоть, но она лишь отмахивается.
– Ри, там Зейн.
Она оборачивается и, закатив глаза, возвращается к поцелую с Джеффом. Зейн не выказывает ни единой эмоции. Прищурившись, он поджигает сигарету и, не сводя глаз с Сабрины, делает глубокую затяжку и выпускает вверх густой клубок дыма. Кэм склоняется к Зейну и кивает сначала на Такера, а затем в сторону теннисного стола, у которого собралась играющая в пив-понг толпа. Бо`льшая часть парней из этой компании состоит в волейбольной команде Джеффа.
Кэм находит мои глаза и указывает взглядом в сторону, молча прося отойти подальше. Киваю, а затем вновь поворачиваюсь к Сабрине.
– Ри, хватит, – трясу ее за локоть, и она отстраняется лишь на секунду, чтобы пробормотать что-то невнятное. – Пойдем отсюда.
Она прекрасно понимает, что Зейн видит каждое ее движение, и продолжает делать это назло ему. И это работает, потому что Зейн поднимается на ноги и медленно идет в нашу сторону, словно дает Рине шанс сбежать. Парни, с которыми пришел Кэм, так же потихоньку поднимаются из-за стола и, разделившись, не спеша протискиваются сквозь кучки пьяных студентов.
Единственный, кто не соблюдает правила таинственной походки – Кэмерон. Расталкивая людей, он обхватывает меня за талию, отрывает от земли и несет в сторону стеклянных дверей.
– Я же попросил тебя отойти, – говорит он, опуская меня на ноги.
– В чем дело? – спрашивает Гарри.
– Отведи Энди в дом, – бросает Кэмерон и, сняв с себя джинсовую куртку, накидывает ее на мои плечи.
– Стой, – хватаю его за руку и чувствую, как он едва уловимо вздрагивает, – не ходи туда.
– Все будет хорошо, Банни.
Подмигнув, Кэм проводит большим пальцем по моей ладони и на долю секунды сжимает ее, прежде чем отпустить. На ходу он оборачивается.
– Это что, пьяная Прю Шафтер? – улыбнувшись, он вскидывает брови. – Вот теперь я видел все.
Когда Зейн останавливается напротив Сабрины, она не замечает его. Ладно, делает вид, что не замечает, потому что я знаю, что она чувствует его присутствие даже с закрытыми глазами.
Терпение Зейна заканчивается. Схватив Джеффа за воротник, он разворачивает его к себе и бьет по лицу. Джефф падает на траву, сбивая танцующих рядом девушек. Сборная волейбола у стола для пинг-понга тут же бросает стаканы и кидается в сторону Зейна, а с другой стороны идут его друзья.
Начинается драка. Грязная, уродливая драка. Не как в кино, когда соперники ждут, нанося удары по очереди, – никакой замедленной съемки и удачно снятых кадров. Все происходит быстро жестоко. Всюду звучат глухие звуки ударов и женский визг, половина людей разбегается, а половина подключается к драке, даже не имея понятия о причине.
Зейн с Джеффом падают в драке, роняя шезлонги у бассейна. Эндрю Пэриш хватает со стола для пинг-понга ракетку и запускает ее, словно бумеранг, прямо в лицо Кэма. Но, увернувшись, он хватает Эндрю за челку и со всей силы бьет его носом о теннисный стол.
Другие парни тоже участвуют в драке, и я уже не понимаю, кто за кого. Проходит еще пара минут этого кошмара, прежде чем из стеклянных дверей появляется Шанталь, держа в руках мегафон. Как только она его включает, раздается неприятный писк, и все закрывают уши, а драка прекращается.
