Мне больше нечего ему сказать, и это удивительно, ведь прошло так много времени с момента нашего последнего настоящего разговора. Но Финна, словно болото, затянула реальность, а я нахожусь в подвешенном состоянии посреди райских кущ. Будь осторожен в своих желаниях. Вынужденное пребывание в раю может превратиться в настоящий ад.
– Как только я буду знать что-то наверняка, обязательно дам тебе знать. Пока я, правда, еще не придумала, как именно, – бормочу я. – Все это – просто какое-то безумие. Я буду продолжать слать тебе открытки. В любом случае. Наверное, ты хотел бы быть в курсе всего, что со мной происходит. – Еще мгновение я тупо смотрю на трубку, а затем вешаю ее и только тогда понимаю, что даже не сказала «я люблю тебя».
Я возвращаюсь в гостиную. Габриэль сидит на диване рядом с Абуэлой, но, едва завидев меня, тут же вскакивает.
– Все хорошо? – интересуется он.
– Автоответчик, – говорю я.
– Ты можешь оставаться в квартире, сколько хочешь. – Габриэль явно пытается загладить свою первую реакцию на мое появление в доме его бабушки две недели назад.
– У меня нет денег.
Эти слова поднимают внутри меня новую волну беспокойства – как бы ни опротивели мне макароны, у меня нет денег даже на то, чтобы прокормить себя.
– Мы позаботимся о том, чтобы ты не умерла с голоду, – говорит Габриэль, словно прочтя мои мысли, затем наклоняется и целует Абуэлу в щеку. – Я не хочу оставлять Беатрис одну надолго.
Я следую за ним через парадную дверь на крыльцо. Габриэль сбегает по ступенькам, но, прежде чем он оказывается напротив моей квартиры в задней части дома, я окликаю его. Он оборачивается и вопросительно смотрит на меня.
– Зачем ты это делаешь? – спрашиваю я.
– Делаю – что?
– Заботишься обо мне.
Ухмылка на его лице – словно вспышка молнии.
– Постараюсь впредь вести себя как
– И все же? – настаиваю я.
Габриэль пожимает плечами:
– Раньше ты была туристкой. Теперь же ты одна из нас.
Сейчас мне хочется только одного: забраться под одеяло и притвориться, что все это происходит со мной не наяву, а в кошмарном сне, и вскоре я проснусь, дойду до причала, сяду на паром и начну свое путешествие в Нью-Йорк.
Но вместо этого в компании Беатрис и Габриэля я иду к небольшой лагуне в глубине острова. Беатрис уверяет меня: если я останусь в своей квартирке, то погрязну в страданиях. И я вынуждена с ней согласиться, потому что по той же причине вытаскивала ее на прогулки почти каждый день на прошлой неделе. На запястье Беатрис болтается маска с трубкой для подводного плавания, которая подпрыгивает у нее на бедре при каждом шаге девочки.
– Куда мы идем? – интересуюсь я.
– Если мы скажем, – отвечает Беатрис, – нам придется вас убить.
– Не совсем так, – замечает Габриэль. – Бóльшая часть острова закрыта из-за пандемии. Если нас заметят смотрители парка, то выпишут штраф.
– Или отберут лицензию гида, – бросает через плечо Беатрис.
На мгновение плечи Габриэля напрягаются, но затем снова расслабляются.
– Которой я все равно не пользуюсь, – отвечает он.
Беатрис поворачивается к нам лицом и идет спиной вперед.
– Разве мы направляемся не в секретное место, куда ты обычно водил своих клиентов?
– Мы направляемся в секретное место, куда я частенько бегал в детстве, – поправляет Габриэль.
Наконец мы добираемся до лагуны с солоноватой водой цвета ржавчины, окаймленной кустарником и зарослями кривых, извивающихся ветвей. На Исабеле много мест с гораздо более красивым ландшафтом. Беатрис раздевается до купальника и рашгарда с длинными рукавами, складывает свою одежду в кучу, затем надевает маску с трубкой и ныряет в илистую лагуну.
– Пожалуй, я лучше подожду вас на берегу, – предлагаю я.
Габриэль стягивает с себя рубашку через голову, затем поворачивается ко мне и с улыбкой отвечает:
– Ну и кто теперь судит о книге по ее обложке?
Он сбрасывает туфли и плюхается в воду, а я неохотно начинаю снимать с себя одежду. Оставшись в одном купальнике, я захожу в воду. Внезапно дно под моими ногами резко обрывается, и я начинаю тонуть. Прежде чем я успеваю запаниковать, сильная рука хватает меня и вытаскивает на поверхность. Я отфыркиваюсь и отплевываюсь, наглотавшись воды.
– Все хорошо? – спрашивает Габриэль.
Я киваю, хотя все еще немного задыхаюсь. Мои пальцы сжимают его плечо. Габриэль так близко, что я легко могу рассмотреть родинку на мочке его левого уха и острые шипы его ресниц.
Оттолкнувшись от него, я плыву в том же направлении, что и Беатрис.
Габриэль быстро обгоняет меня; он плавает как настоящий спортсмен. Мы приближаемся к стене из переплетенных между собой корней мангровых деревьев или чего-то похожего на них, рядом с которыми виднеется трубка Беатрис. Завидев нас, она выныривает из воды, ее глаза кажутся огромными из-за маски. Беатрис выплевывает трубку изо рта и начинает карабкаться вверх по импровизированной лестнице из корней, а затем исчезает в зарослях кустарника. Но через мгновение она выглядывает из него и начинает нас подгонять:
– Ну же! Давайте!
