– Я раз двадцать рассказывал, ну да ладно… – робко начал Василий Викторович. – Я приехал на рыбалку. Затемно приехал…
– А вас не смутила погода? – вставил Женя. – Не очень располагает.
– На рыбалку едут не только за рыбой, – отбрил Василий Викторович.
– Женя, давай послушаем, – предложил Терехов.
Василий Викторович рассказал, что любит посидеть один с удочкой под шум текущей воды, испить горячего чайку, вдохнуть воздуха, напоенного свежестью и травами, посмотреть на рассветное небо. Места он выбирает разные. Почему? А просто так хочется. На этот раз выбрал возле утеса, тут река клокочет громко и нервы хорошо успокаивает. Приехал, еще было совсем темно, звезды сверкали с кулак. Василий Викторович машину оставил у леса, там площадка пустая, без травы, кремния полно – это камешки такие. Включил фонарь – большой, китайский, яркий, чтобы спуститься вниз. На берегу разложил все для рыбалки, поставил раскладной стульчик, уселся и первое, что сделал, чайку из термоса налил. А термос старинный, тоже китайский, на два литра…
Это была длинная прелюдия, Терехов, Вениамин и Женя слушали внимательно и без эмоций, Кориков копался внутри авто, а Огнев посмеивался, наблюдая за всеми, ходил медленно, потягивая сигаретку. Однако Василий Викторович добрался до сути:
– Слышу, мотор урчит. Поднял глаза, свет движется, ну, от фар свет. А чуть позже и фары яркие… Вот знаете, не люблю этот белый свет, когда едет навстречу козел на дорогой тачке и бьет по глазам, твою дивизию! Вы бы запретили такие фары, а? (Молчание.) Все-таки органы, имеете право. (Молчание.) Понятно, сами с такими ездите. Нехорошо это, граждане органы, мешает дорожному движению. Ладно. Короче, вышел мужик из машины, подошел к самому краю, постоял… А! Забыл сказать. Он и подъехал прямо к обрыву, я еще подумал: еще б чуть-чуть, и хана ему вместе с джипом. Короче, я еще подумал, вот черт принес соседа, теперь с разговорами будет приставать, пропала моя рыбалка. Сижу, значит, поглядываю вверх. Мужик доставал вещи из багажника, а я думаю, спустится или нет? А он стоит как дурак. Я отвернулся, смотрю на свои поплавки, а рассвет быстро силу набирал и вдруг… как бабахнет! Прямо над башкой! Думал, небо разорвалось или метеорит упал. Глянул вверх, а там огромный шар из огня клубится… мама моя! И еще пару раз – бах!.. бах!
– То есть еще два взрыва было? – уточнил Терехов.
– Может, и три! – неуверенно сказал свидетель. – Не считал. Честно скажу, я сильно напугался. Ну, а как вы думаете, если над головой бурлящий шар из огня… вместе с дымом… и что-то еще летит в стороны. Я сгреб вещи и дунул, – указал он рукой в сторону течения реки. – Бегу, спотыкаюсь… На безопасное расстояние отбежал и оглянулся. Сверху падало, булькало… А у меня ступор наступил. Смотрю, ничего не понимаю… сердце тарахтит… А потом тишина… только собаки лаяли в поселке. Я в себя пришел, короче, и помчался на утес. Прибегаю, а тут только шмотки от… ну, кто приехал. Я давай искать его, зову мужика по-простому – эй, ты где? А оно ж незаметно посветлело. Смотрю, нигде нет мужика, а рядом кусты шур-шур… листья потряхивает. Я туда, ранен мужик, думаю. А за кустами собака… дворняга обыкновенная мордой в землю тыкает. Зарычала сначала, вдруг что-то хапнула… в смысле в пасть взяла, я только тряпки в крови успел заметить и как будто кисть руки… Ну, что-то от человека, похожее на руку… И деру дала. Не бежать же за ней? Все равно не догоню. Да и тряпки мне ни к чему. Хотел уйти, но вдруг заметил на том месте, где собака мордой тыкала, блестит что-то… Подошел, а там часы, поднял их… Вы не думайте, я знаю, что мои отпечатки не должны остаться. Я сломал ветку такую…
Василий Викторович сделал паузу, показав два растопыренных пальца, обозначающих викторию, и одновременно утирая рукавом рубашки пот со лба – разволновался человек. Терехов помог ему припомнить название:
– В форме рогатки, да?
– Ага, ага, – закивал Василий Викторович. – Короче, поддел часы и перенес к вещам того мужика. Вот и все… А! Позвонил в полицию. Но местные уже бежали сюда, сказали, что тоже вызвали.
Женя Сорин и тут не удержался от провокаций:
– Не рассказ, а целая поэма, вам стендапером можно работать.
– Это как? – подозрительно покосился на него Василий Викторович.
– Это чел, который выступает перед зрителями один, рассказывает различные истории, шутит… А почему не забрали часы себе? Никто ведь не видел, как вы их нашли, между прочим, фирма крутая, дорогущие – жуть.
– На фиг они мне? – поднял брови Василий Викторович, искренне изумившись нелепому предложению от представителя правоохранительных органов, ему вообще этот парень не понравился. – Носить, что ли? Или продать? Ну ты даешь… Чтоб меня за эти часики вы же и привлекли?
Инициативу перехватил Терехов:
– Куда собака побежала?
– Идемте покажу.
