Софи убрала телефон в карман и снова посмотрела на Тома. Они стояли у дверей квартиры 221В по Бейкер-стрит.
— Извини, не приглашу на чашку чая, мой сосед скоро вернется, — улыбнулась Софи мужчине. — Спасибо за отличный вечер, я тебе напишу, — она невольно подалась вперед и, привстав на цыпочки, мягко поцеловала Тома в щеку. — Спокойной ночи.
Хидстоун улыбнулся и, кивнув ей, остался на месте, пока она не зашла в квартиру. Оказавшись в темноте прихожей, Софи оперлась лбом о дверь и тяжело вздохнула. На душе было неспокойно и, хотя вечер действительно прошел прекрасно, она не испытывала никакого воодушевления — все происходящее казалось неправильным и даже порочным, но девушка успокоила себя мыслью, что со смерти Артура прошло еще не слишком много времени. Однако пора было идти дальше.
Софи распрямилась, вспомнив про сообщение Шерлока и, повесив пальто на крючок, направилась наверх — она хотела растопить камин и испечь имбирное печенье к приезду Холмса и доктора Ватсона.
С миссис Хадсон они в эти дни ни разу не пересеклись — судя по крикам из закусочной в воскресенье вечером, она все-таки высказала свое «фи» своему новому ухажеру, но ее пальто, уже два дня отсутствующее в прихожей, намекало на то, что они помирились. Софи старалась не думать об этом, ибо ей совсем не нужны были лишние образы в сновидениях.
Через пару часов все было готово и, поставив на столик у кресел чайник и печенье, она выключила в гостиной свет и, пройдя к окну и сложив руки на груди, зачем-то стала выжидающе смотреть на улицу, наслаждаясь отблеском огня на раме и мягким постукиванием капель дождя о стекло. Она думала о том, что нужно написать Тому и спросить, как он добрался до дома, но она знала (нет — чувствовала!), что совсем скоро к дому подъедет кэб. Интуиция не подвела. Когда машина остановилась у тротуара, девушка сделала шаг назад, чтобы с улицы ее не было видно.
Когда через пару минут на лестнице послышались шаги, Софи почувствовала, как сердце сделало приятный кульбит. Она повернулась ко входу, ожидая приехавших.
Шерлок зашел в комнату, оглядел Софи с ног до головы и на мгновение застыл: «Новое платье, помада и укладка. За сегодня выкурила полпачки сигарет — о чем-то переживала». Он окинул комнату взглядом: «Заварила чай в лучшем чайнике, испекла имбирное печенье и разожгла камин, в купе со всем прочим — ждала кого-то и волновалась перед встречей. По всем признакам очевидно, что ждала мужчину, но одета приближенно к обычному, то есть не имеет целью произвести на него впечатление — вероятно, сомневается или не подозревает о своих чувствах».
В груди разлилось какое-то горячее, незнакомое ощущение.
— Шерлок, — улыбнулась Софи вошедшему детективу. Тот кинул на диван пальто и кивнул девушке, стараясь не смотреть в ее сторону. — И Джон, — увидела она второго вошедшего. Как поездка?
Ватсон бросил на пол свою сумку и зло посмотрел на Холмса.
— Шерлок пытался накачать меня наркотиками, запугивал собакой — исчадием ада и полдня разглагольствовал на тему, что у него нет друзей. — он перевел глаза на Конан Дойл. — Так что все, как обычно, ты ничего не пропустила, — натянуто улыбнулся он девушке.
— Ты кого-то ждешь, Софи? — встрял детектив.
— С чего ты взял? — усмехнулась она.
— Ты заварила чай в фарфоровом чайнике, хотя обычно, как говорится, «пылинки с него сдуваешь», — затараторил детектив, сложив руки в молитвенном жесте в своем кресле. — Помимо прочего, ты была в парикмахерской и купила новое платье, — он покосился на нее. — Не в твоем обыкновении тратить деньги на внешнюю оболочку, так что, полагаю, ты ждала мужчину.
— Шерлок, — начал было Ватсон.
— Нет, Джон, все в порядке, — прервала его Софи, подходя к столику и наливая в одну из кружек чай. — Сочти это за весеннее обострение и сентиментальное желание создать уют, Шерлок, — она подала мужчине чашку, указала Ватсону на свое кресло и снова отошла к окну, по пути взяв со стола телефон.
— Я так не думаю, — откликнулся детектив, сделав первый глоток чая. — Твои духи и макияж говорят о том, что у тебя какое-то мероприятие сегодня вечером, — он хмыкнул. — И на этого мужчину ты пытаешься произвести впечатление, сама того не понимая.
— Вот как? — спросила Софи, открыв сообщения. — Уверен, что невольно? — ухмыльнулась она, найдя контакт Тома.
— Это очевидно, — хмыкнул Холмс. — Ты приготовила чай — символ уюта — и имбирное печенье, — он взял с тарелки мучное изделие, — редкий выбор в это время года — это знак того, то ты знаешь, что этот человек любит именно этот тип десерта, — Софи подняла глаза от экрана к окну и застыла.
— Помимо прочего, ты разожгла камин, — продолжал Холмс. — Что не столь необходимо из-за погоды за окном, и это наводит на мысль о том, что нужному человеку нравится тепло очага.
