— А ты как предлагаешь дальше жить? Я устала слушать твои пустые обещания о том, что ты бросишь Нелли и мы будем жить как нормальные люди. Этого не случается! Я думала, хотя бы ребёнок поможет преодолеть это всё, что с ним ты почувствуешь, что значит иметь семью, но я ошиблась. Ошиблась уже второй раз. — с отчаянием в голосе произнесла Пантелеева.
— Лиль, я не знаю, что тебе сказать… — Глеб потёр переносицу. — Пойми, встретив тебя я осознал, что такое настоящие чувства и желание прожить с кем-то жизнь. Но потом наше вынужденное расставание, Нелли… Я не знал, что меня до сих пор не отпустила эта школьная история. Не понимаю, что и как она со мной творит, мне просто голову сносит. Но ты нужна мне, Лилька. Ты дорога мне, понимаешь? Если бы это было не так, я не женился бы. Если бы…
— Если бы ты меня любил. — закончила за него фразу Лиля. — Глеб, ты как тот хозяин, жалеющий свою собаку и отрезающий ей хвост по частям. Это больно, понимаешь?
— Лиль, я прошу тебя, давай просто повременим с разводом. Я не отказываюсь, если ты примешь это решение, если будешь считать нужным и единственным выходом из ситуации. Но хотя бы на время восстановления…
— Восстановление проходит в течении месяца. Тебе нужен этот месяц?
— Он нужен нам. — убедительно произнёс Пантелеев. — Я виноват в том, что произошло. Знаю, что такое ни простить, ни забыть невозможно. Лиль, мне очень жаль, что это случилось с нами.
— Уходи. — тихо попросила девушка и отвернулась к окну, чтобы муж не видел её слёз.
— Я завтра привезу тебе вещи, которые нужны. Напиши мне. — кивнул Глеб и покинул палату.
Прошла неделя.
Пока Лиля с трудом находила в себе силы, чтобы вернуться в квартиру, где так счастлива была в ожидании ребёнка, где готовилась к этому, учиться жить дальше и думать над тем, подавать ли на развод, колеблясь после разговора с мужем, в жизни Инги тоже происходили разные события.
Одним летним днём девушка обнаружила задержку. Это и насторожило, и обрадовало инициативную шатенку. Тесты были противоречивы. Два из четырёх, купленных для надёжности, показывали две полоски, а два — одну.
Вечером, когда они с Марком ужинали, отправившись в один из уютных ресторанов, Инга решилась завести разговор о насущном и важном для себя вопросе.
— У меня задержка. — не найдя никаких обходных путей, прямолинейно заявила шатенка.
На лице Ипатова не отразилось никаких эмоций.
— Ты тест делала? — с некоторым, можно сказать, деловым оттенком в голосе, поинтересовался он.
— Делала. Четыре. Два показывают положительный результат, два нет. — отозвалась Стриженова. — Я вообще то думала узнать, ты детей хочешь или нет?
— Вообще, в теории, да. Но сейчас хотелось бы сосредоточиться на карьере. — холодно и трезво ответил Марк.
— Спасибо за честность. — Инга отвернула голову к окну и посмотрела на ночную Москву.
— Милая, — он взял её за руку, лежащую на столе. — ну посуди сама, какие сейчас дети? У меня только всё складывается, много операций, мечтаю открыть свою клинику, у тебя узнавание и карьерный взлёт, а это дорогого стоит в любой сфере деятельности. Представь сейчас тебе уйти в тень и закопаться в пелёнках? Ты же растеряешь завоёванный авторитет и популярность. Давай, для начала сходишь к врачу, мы узнаем точный результат, а дальше будем думать как решать проблему.
— Наши дети для тебя проблема? — с обидой поинтересовалась Стриженова.
— Не придирайся к словам. Я не хочу ссориться из-за пустяков. — ответил Марк.
— И пустяки… — уже совсем тихо произнесла Инга.
Через несколько дней девушка сходила на приём к гинекологу, который беременности не обнаружил, но выявил несколько незначительных проблем, назначив соответствующее лечение.
Стриженова шла по скверу домой. На детской площадке носились счастливые малыши разного возраста. Она с грустью смотрела на них, а сердце сжималось от необъяснимой тоски. Вроде ничего и не произошло, но, вдруг, очень захотелось поехать к папе. Как в детстве забраться к нему на колени, прижаться к груди и знать, что ты любима и нужна.
Инга, со всей остротой внезапно навалившегося осознания, поняла, что Родион Сергеевич был прав, когда отговаривал её от этого брака.
Под воздействием груза накативших воспоминаний, она достала телефон и набрала номер отца, с которым они так долго не общались.
— Кого я вижу… Блудная дочь! — усмехнулся Стриженов, увидев лицо Инги по включившейся видеосвязи.
— Привет, пап! — сдерживая слёзы и улыбаясь ответила Инга. — Как ты?
— Я то? Неплохо. — он поправил очки. — Твоя семейная жизнь как? Справляешься?
— Конечно справляюсь, пап. По крайней мере, стараюсь.
— Ну да, это ради папы можно было не стараться. — вновь сиронизировал мужчина.
— Пап, ну прекращай! Я очень соскучилась. — призналась Стриженова.
— Боже, какие слова я слышу. Ради этого, стоило отдать тебя замуж. — засмеялся отец.
— Папа!
— Ну ладно, ладно. Я тоже очень скучаю.
— Может приедешь в гости? — с надеждой в голосе спросила Инга.
— Ты приглашаешь?
— Конечно. Я буду очень рада тебя видеть.
