– Дашунь! Ну-ка расскажи своей подруге, где ты только что была!
Выбора у Даши не оставалось, и она принялась рассказывать, не задаваясь вопросом, нравится это Лиде или не нравится.
О празднике Дельцова уже знала и продолжала дуться. Но как только Даша упомянула о нарядном платье, в котором нужно будет выйти на сцену, она забыла о своём решении ни за что не мириться, оживилась, запрыгала, захлопала в ладоши и закричала: «Ура!»
После «ура!» дуться было просто глупо. Мир был заключён. Даша отправилась в учительскую, Лида с Ириной Вениаминовной – в зал.
Отмучив репетицию, Лида прибежала к Даше.
– Пойдём домой! У меня деньги есть. Можем конфет купить. Или чипсы. Хочешь?
– Ещё бы! – Даша тут же забыла про свои намерения позаниматься. Мир с подругой ни в какое сравнение не шёл с войной с «запедаленностью».
На улице было тепло и очень хорошо. Сыпали лепестками отцветающие вишни. С гусеницами в клювах по веткам прыгали симпатичные скворцы. Даша вспомнила, как целую вечность назад в такой же хороший день она впервые попала в музыкальную школу, и засмеялась.
– Чего ржёшь? – фыркнула Лида.
– А! Так! Вспомнила! Лид, давай больше никогда-никогда не ссориться. Давай?
– С Женечкой всё равно дружить не буду! – В голосе ещё оставалась обида.
Дашу так и подмывало сказать, что Женька ни в чём не виноват. Просто он хочет ходить домой с пацанами, а не таскать Лидину сумку. Но сказать – значит поссориться снова. Она промолчала.
– Ты в каком платье будешь на празднике? – перескочила Лида на более приятную тему. – Мне недавно папа из Швейцарии два прислал. Одно короткое, а второе – бальное. Голубое, с блёсточками. Вот тут, – она ткнула себя в грудь, – цветочки. Длинное-предлинное! Как у одной звезды. Она там пела и танцевала. Я тоже выйду на сцену и вот так юбку подниму, – Лида взялась двумя пальчиками за воображаемый шёлк, – а потом вот так сделаю, – присела в книксене. – Представляешь, как классно будет!
– Ага! А знаешь один секрет?
– Какой?
– У меня на Праздник первоклассника будет день рождения! Мне восемь лет исполнится.
– А у меня день рождения летом. Мне тоже восемь лет будет. Мама сказала, что можно весь класс позвать. Представляешь, сколько мне всего надарят! Ты что хочешь, чтобы тебе подарили?
– Ну…
– Я – большого мягкого медведя. Вот такого, – Лида развела руки, – чтобы на нём можно было лежать, как на подушке.
– А я…
– А ещё куколку одну. Она как принцесса. Я в магазине видела. Маме скажу – она купит. И новую мобилку.
– У меня нет мобилки…
– Ты чего, бомж? У всех есть. Я одну потеряла, мне папа получше прислал. Только я другую хочу, как у одной моей знакомой девочки. А ещё…
Не переставая тараторить, Лида вошла в дверь супермаркета и решительно направилась в продуктовый отдел, но, заметив, что идёт туда одна, вернулась.
Дашу она обнаружила рядом с витриной, уткнувшуюся носом прямо в стекло. За ним стояла девочка-манекен в красивом сиреневом платье. Платье было похуже того, которое прислал папа, но тоже ничего себе. На стекле от носа образовалось жирное пятно, продавщица в отделе, заметив, что портят её витрину, уже махала руками, но Даша не обращала на неё никакого внимания.
– Ты чего здесь застряла? – толкнула её Лида.
– Смотри! Платье!
– Ну и что. Так себе. У меня лучше.
– Ну и пусть. А мне это больше всех нравится. Я сюда всё время прихожу, чтобы посмотреть. Хорошо, что его никто не купил.
– Скажи маме – она купит.
– У мамы денег нет… Но я уже придумала! Я маму попрошу, чтобы она мне его на день рождения подарила! И буду в нём играть на Празднике первоклассника «Позднюю осень». Как кружатся листья. И у меня тоже платье будет кружиться… – Даша раскинула руки, развернулась. – Ой, Женя!
Жбанов стоял совсем рядом. Поздно заметив девочек, он решил укрыться в соседнем отделе, но не успел.
– Иди к нам!
Женя подошёл.
– Чего вы тут делаете?
– Платье смотрим. Правда, красивое? – Отвечая, Даша старательно подмигивала, надеясь, что Жбанов всё же подойдёт поближе к Лиде и хоть разочек ей улыбнётся. По всем канонам ссоры должны заканчиваться именно так.
– Нормальное. Ты чего рожи корчишь? – Дипломат из Жбанова был никакой.
– Я не корчу!
– А у меня платье на концерте будет голубое. Ещё красивее, – пытаясь поймать Женькин взгляд, с вызовом сообщила Лида.
– Мне больше это нравится.
– Почему?
– Потому что оно Дашино, – с ехидцей ответил Женя.
И Даша подумала, что так он говорит нарочно, чтобы просто не соглашаться с Лидой.
Положение нужно было спасать. Срочно! Пробормотав что-то наподобие «это не важно», она схватила начавших заводиться Жбанова и Лиду под руки и, забыв про конфеты и чипсы, потянула к выходу. Им ничего не осталось, как подчиниться.
На улице Женя облегчённо вздохнул. Даша исподтишка глянула на Лиду. Подруга казалась спокойной, даже слишком. Это было немного удивительно, но уже не опасно. Хотя вряд ли кто мог догадаться, какие бури бушевали за этим «слишком».
Даша, еле дождавшись, чтобы открылась дверь, влетела в коридор. Настасья, почувствовав её возбуждение, сразу же спросила:
– Дашунь, а ну-ка признавайся, что у тебя сегодня такое интересное произошло?
