– Фу ты, господи, Лида! Это грешно – взятка. Зачем же?! Я попрошу его с тобой несколько раз позаниматься. Прослушать там… Мастер-класс… А потом, на конкурсе, он же не откажется поучаствовать в судьбе собственной ученицы? Вот так-то!
– Мамка! Класс! Ты – чудо!
– Конечно, чудо. Не дура, как ты меня только что окрестила.
– Ну прости, прости, пожалуйста! Вырвалось. – Лида чмокнула мать в щёчку. – Мамсик, а как бы побыстрее? Прямо сейчас, а? А то другие тоже могут додуматься. Ты позвонишь, а он меня в очередь поставит. И всё!
– Сейчас позвоним. Интересно, в какую это копеечку влетит?
– А вдруг это бесплатно? Просто прослушает…
– Лидочка, какая ещё ты у меня наивная, неприспособленная. Запомни: всё в этом мире делается за деньги. Всё продаётся и покупается.
– А талант?
– Талант? Вот пусть талант и становится в очередь! – Вера Филипповна порылась в записной книжке, нашла нужный телефон. – Поздновато уже для такого звонка. Ну да ладно, где наша не пропадала. Господи, помоги!.. – Лида услышала тихие гудки, потом трубку взяли. – Здравствуйте! Здравствуйте, Раиса Васильевна! Сколько лет, сколько зим! Да, да, по-прежнему. А у вас? Внучечка? Ну, поздравляю, поздравляю! Зачем звоню? Да мелочь тут одна. Семейного, так сказать, плана… Спасибо… У вас там, в области, конкурс будет, «Созвучие», кажется. Знаете, ага… Мою Лидочку школа направляет. Но вы же понимаете, какие у нас учителя… так… Хотелось бы с кем посерьёзнее позаниматься. Из жюри. Желательно с председателем. Он специфику понимает, подскажет, направит в нужное русло. Девочка невероятно талантлива, невероятно! Да. Но, вы правы, хороший педагог поможет высветить грани. Вот и спасибочки! Записываю. Так. Триста восемьдесят… так… так… пятнадцать. Записала. Ещё раз спасибо, Раиса Васильевна! Извините за поздний звоночек. Приезжайте к нам в гости. Посидим в ресторанчике… Да. До свидания. Уф-ф!.. – Вера Филипповна вытерла пот.
– Ну что, мам?
– Телефон получила. Полкило, наверное, потеряла, пока разговаривала. Они там, «наверху», знаешь какие? Не на всякой козе подъедешь! Но, слава богу, получилось.
– Звони по другому телефону.
– А вот это – утречком. Действительно, уже поздно. Этот, из жюри, устал. Может отмахнуться. Ты же смотри, никому ни слова!
– Ты меня за кого держишь?! – снова вскинулась Лида.
– Ну-ну-ну… Успокойся, лапушка. Чего в этом такого, если мать предупредит, напомнит лишний раз. Сболтнёшь по неопытности – всё и испортишь.
– Не сболтну. Не беспокойся!
– И Дашке своей ни слова. Очень девка хитрая. Бедненькую из себя корчит, на жалость бьёт. Заставила всех только о себе и говорить. Не дружила бы ты с ней…
– Снова началось! Мама, я же тебе пятьсот раз говорила, что это не-воз-мож-но! Пойми, я староста в классе. Мы в музыкалке учимся тоже вместе. И потом, она иногда бывает очень полезна.
– Чем это она тебе полезна?
– Тем, что списывать даёт! Ты же знаешь!
Какая капризная штука – жизнь! Вот она течёт, как река по равнине, медленно, без порогов и бурлений. Если уж и делает поворот, то плавненько. И вдруг, когда ты спокойно любуешься пейзажем, оказывается, что плот завис в наивысшей точке невиданного водопада. Что под тобой пропасть, а тот шум, на который ты и внимания-то не обращал, – это грохот водного обвала, и он через мгновение тоже станет твоей реальностью.
На следующем же занятии Ирина Вениаминовна безо всяких предисловий спросила:
– Я заметила, ты не слишком обрадовалась моему предложению поучаствовать в конкурсе. Что тебя тревожит?
Как отвечать, Даша не знала. Может, осталось недоверие к своей руке, о которой вообще-то давно стоило забыть, – Олег Львович не обманул, рука не доставляла больше никаких хлопот. Был ещё и Женька с его обидой…
– Девочка моя, если у тебя нет желания, мы можем бросить эту затею. Но, уверяю, такая работа тебе, как будущему музыканту, нужна. К тому же это очень интересно. Сложнючий репертуар, если ты его по-настоящему сделаешь, даст тебе толчок в развитии. Ну и, наконец, скоро поступать в музучилище. Диплом лауреата ещё никому не помешал.
– Ирина Вениаминовна! Вы так говорите, словно я его обязательно получу.
– Если будешь так заниматься, как до сих пор, – получишь!
Конечно, таким словам хотелось верить. И Даша поверила. Не в диплом – это была детская сказочка. Но ей вдруг захотелось выйти на сцену, захотелось переживать новую музыку… И даже проблемы с Женькой показались обычными сложностями. Даша подняла глаза и посмотрела на учительницу.
Ирина Вениаминовна тоже наблюдала за Дашей, стараясь понять, вытянула ли улитку, застрявшую в своей ракушке, на свет божий.
Несколько секунд они сидели так – глаза в глаза. И вдруг – странно, что это произошло только сейчас, – Даша поняла, что её любимая учительница очень изменилась, похудела. Тёмные круги, мешки под глазами… взгляд…
– Ирина Вениаминовна, вы себя плохо чувствуете?
– Ох, Дашка, ничего-то от тебя не скроешь!..
– А вы к врачу ходили?
