– Вот так, отлично! – Поставив меня третьим с левого края, она удовлетворенно кивнула. – А теперь замрите, я за фотографом.
Молодой бородатый верзила, с головы до ног обвешанный техникой, управился на удивление быстро. Евгения заглянула в экран фотоаппарата и, широко улыбаясь, подала нам знак расходиться.
– Всё отлично. Илона Марковна будет довольна, – напоследок бросила она фотографу.
Пацаны тут же разбрелись по коридору, а я как последний баран оставался в идиотском наряде и таращился на новую знакомую.
– Снимай же скорее! – поторопила она, заметив мою рассеянность.
Я стал ужасно неуклюжим: пытаясь быстро снять пиджак, я застрял в рукаве, так что Евгении пришлось прийти мне на помощь.
– Ну вот! – Скомкав пиджак, она запихнула его обратно в пакет.
– Он помялся, – заметил я. Что-то ведь нужно было сказать.
Она только махнула рукой:
– А, ерунда! Шеф его почти не носит, но вернуть лучше как можно раньше, а то мало ли! Ты так и будешь стоять? Мне бы кабинет закрыть…
Я резко вздрогнул, но успел сделать вид, будто мне давно хотелось уйти.
– Наконец! Уже удаляюсь!
– Подожди… или ты хотел что-то спросить? – крикнула она вдогонку.
– Хотел. – Это было правдой, но вот что именно спросить, я еще не знал.
– Ну так спрашивай.
– Кто такая Илона Марковна? Хозяйка пиджака?
Евгения засмеялась:
– К счастью, нет. Всего лишь местный организатор мероприятий – что-то вроде массовика-затейника. А тебе зачем?
– Да так… – Я пожал плечами и вышел за дверь.
Что за глупое предложение спросить о том, о чем ты хотел спросить? Если не смог, значит, о таком не спрашивают. Вот если бы все, что меня интересует, я мог узнать инкогнито, тогда да! Список вопросов был бы внушительным. Я узнал бы, сколько ей лет, из какого она отделения (я был уверен, что Евгения работает медицинской сестрой), во сколько освобождается, в каком районе живет, кто по знаку зодиака, какую последнюю книгу она прочла, кроме медицинских, конечно (это был очень важный вопрос). Ну а если ограничиться одним, я просто узнал бы, есть ли у нее парень.
Отстав от остальных, я совершенно не представлял, куда мне идти. То, что не домой, это точно – день не может оказаться настолько счастливым. На всякий случай решил вернуться в акто-вый зал, по дороге встретил Ленку и вынужден был выслушать ее восхищенный рассказ о том, как она, работая в женском отделении, измеряла окружности живота у пяти беременных.
– А эта выскочка Машка упросила, чтобы ей дали сердечко слушалкой послушать, – добавила она, ничуть не скрывая зависти к лучшей подруге.
– Не слушалкой, а стетоскопом, деревня!
– Ой, какие мы умные! А ты чем занимался? Стульчики по местам расставлял?
– А я для истории фоткался, – гордо ответил я.
Ленка заржала как ненормальная и умотала в свое отделение, а в коридоре внезапно появился запыхавшийся Филиппов.
– Ты что, тоже животы измерял? – Я пошутил, не смог сдержаться.
– Что? Чо за бред? Я тут халат забыл.
– А где все наши?
– В приемном. Сейчас распределяют, кого куда. А без халата нельзя, не пустят.
– Погоди, я с тобой! – крикнул я уже убегающему Ваньке и, чтобы не запутаться в многочисленных поворотах и запасных лестницах, поспешил за ним.
Пациенты приемного отделения робко перешептывались, пытаясь выяснить друг у друга подробности происходящего.
– Безобразие! – шипела зрелая дама, ближе всех сидящая к сестринскому столу. – Мы не от хорошей жизни к вам приходим, а вы на нас юннатов тренируете. Он мне уже двадцать минут давление измеряет. Голова кружится, рука посинела! Вот! Посмотрите! Нет уж! Правду люди говорят: легче дома валяться, чем к вам обращаться!
Лаврентьев, будучи тем самым юннатом, со страху бросил тонометр и отошел на безопасное расстояние.
– А? Говорите, врачи из района приехали? – Крайний в очереди дедок поправил слуховой аппарат и сделал еще одну попытку разговорить молчаливую девчонку в наушниках. – Это хорошо! Приезжие-то – они всегда лучше. Как знать, может, вылечат, а? Кхе-хе!.. – то ли усмехнулся, то ли кашлянул он. – Молодые больно, ну ладно. Молодые всегда лучше.
Медсестра, утомленная шипением придирчивой пациентки, наконец поднялась со стула, поправила локон, выбившийся из-под голубой шапочки, и приняла командование на себя.
– Так, парень! Да, ты, подойди, – обратилась она к Антохе. – Найди себе пару, останетесь здесь. Остальные строятся по двое и ждут моих указаний.
Затем она быстро распределила пацанов, отправив по разным отделениям больницы, и находиться в приемном стало немного проще. Нам с Антохой поручили измерять давление, рост и вес поступающих пациентов. Короче, ничего особенного, как раз для «чайников». Мы договорились работать через одного. Я быстренько прикинул: девчонка в наушниках доставалась мне, но, когда очередь продвинулась немного вперед, стало ясно, что с устным счетом, как, собственно, и с везением, я опять облажался.
Антоха с физиономией цвета недозрелой вишни вертелся вокруг девчонки, пытаясь закрепить липучку на ее худом плече, но манжета, не рассчитанная на маленький объем, постоянно разъезжалась.
