– Антоха, если ты захочешь прийти, я всегда буду рад тебе. Будут проблемы – обращайся, даже если покажется, что от меня мало толку. Тот факт, что я ушел из «толпы», не делает ее хуже. И еще… Находясь там, тебе вовсе не обязательно кричать о дружбе со мной, я все понимаю.
У Тохи дернулся уголок глаза, но на этот раз он не собирался этого скрывать.
– По рукам! – сказал он. – Ты знаешь, что Таймер с Герычем пропали? – Видимо, Антон решил быть искренним со мной и поделиться единственным секретом, которым владел. – Говорят, их видели на какой-то хате, где собираются ну совсем отчаянные…
– Не знал…
Об остальном я умолчал: ни к чему сейчас.
Урок химии начался так же, как и всегда. Прошлись по списку, обозначили основные вопросы. Неожиданностью для меня стало отсутствие Чибиса и еще нескольких человек. Вернее, не их отсутствие само по себе, а то, что при этом на своем месте не оказалось Эдуарда. Как я успел заметить, он не очень-то любил выходить из класса на переменах. Обычно он копался в своем рюкзаке, стараясь максимально сократить свободное время. Пацаны вскоре вернулись. Эдика с ними, естественно, не было. Я решил проверить свое дурное предчувствие и попросил разрешения выйти.
– Тебе лишь бы не работать, Ильин, – прокомментировала мою просьбу химичка. – Выйди.
Сам не знаю почему, но первым местом поисков стала учительская.
«Наверняка тут, – подумал я, – сидит себе и изливает жалобы на всех нас, включая Леопольда».
Я просунул голову в дверь: в учительской было пусто. На обратном пути, проходя мимо спортзала, я услышал странные звуки, доносящиеся из мужской раздевалки. То ли стук, то ли топот… Войдя, я не сразу заметил Эдуарда. Он сидел на полу в углу, обхватив руками голову. Костяшки пальцев были разбиты в кровь. Не думаю, что он поранился, нанося удары Чибису или кому-то еще. Я перевел взгляд выше – вся стена в кровавых пятнах.
– Не лучшее место отрабатывать удары. – Это были первые слова, сказанные мной Эдику с момента нашего знакомства.
– Я убью их! – этими он поприветствовал меня.
– А что случилось-то? Скамейку не поделили?
Я считал: с парнями в подобных ситуациях лучше держаться так, чем прямиком бросаться утирать сопли и слезы.
Наверное, Эдуард считал по-другому, потому что его раздражение только усилилось. Я протянул ему руку. Медленно, как протягивают раненому животному, глядя в глаза, пытаясь объяснить, что тому нечего бояться, что рядом друг. Такое общение сработало куда лучше: он наконец встал. Тут я заметил… Никогда не забуду! Он был босиком. В одних носках. Его ноги оказались вполне обычного размера, как я и предполагал, – максимум сороковой.
– Где твоя обувь? – спросил я.
– Не знаю. Эти уроды забрали. – Эдуард махнул рукой в сторону двери.
– Жди здесь, я принесу.
Все-таки искать ботинки было намного сложнее, чем их хозяина. Приходилось действовать масштабнее; да и положение Эдуарда можно укрепить только сейчас, иначе завтра с ним сыграют шутку покруче.
Под возмущенным взглядом Снежаны Анатольевны я попросил Чибиса выйти.
– Где его обувь? – спросил я как можно строже.
Тот расхохотался.
– Эдика пожалел? Так свои отдай, они и то поменьше будут.
– Где его обувь? – повторил я.
– Отстань от меня, придурок. – Он повернулся ко мне спиной, собираясь вернуться в класс.
Я загородил дверь рукой. Чибис резко развернулся и схватил меня за воротник рубашки.
– Да тише ты, герой! Натворил уже дел себе на голову.
Тот мгновенно разжал пальцы.
– Ты опять об этом папашином спирте?
– Слушай, я всегда понимал, что ты отчаянный, на многое пойдешь, но чтобы связываться с Эдуардом… Или ты сомневаешься в его способностях?
Если бы не репетиции в драмкружке, сохранить серьезный тон я бы не смог, это точно, – до того смешно вытягивалась его физиономия по мере осмысления моих слов.
– Ты чо, меня развести пытаешься?
– Нужен ты мне, – продолжал я как можно убедительнее. – О себе пекусь. Я обещал ему ботинки найти. Не принесу, так он и мою куклу состряпает.
– Какую на фиг куклу, Макс?
– Не помню, как называется, – вуду или гуру. Короче, он что-то в этом роде бормотал.
– И ты повелся? Чудик! – облегченно ухмыльнулся Чибис.
– Я, может, и чудик, только он свои проклятия на крови замешивает. В раздевалку зашел, смотрю: Эдуард стоит босиком и ножичком себе с костяшек кожу срезает, даже не морщится, руку к губам затем поднес и долго шептал что-то. Я стою как вкопанный и глаз отвести не могу, будто магнитом притягивает. Минуты две меня держал, потом говорит: «Иди, принеси мне обувь!» Я тогда и слова Нины Васильевны вспомнил про пацана какого-то, сына шамана, которого одноклассники замучили, – так он от них потихоньку избавлялся с помощью черной магии.
– Не помню, чтобы она такое рассказывала, – пробормотал Чибис, впав в несвойственную ему задумчивость.
– Это на репетиции в драмкружке было. Как раз у меня персонаж похожий был, вот она и приплела. Короче, мне некогда тут тебя просвещать. Скажи, где ботинки, и я пошел.
– Под лестницей найдешь, – хмуро бросил Чибис.
Он собрался уходить, но я, придумав еще кое-что, уже не мог остановиться.
