— Во сколько он уходит на работу? Куда чаще всего летает? Какой последний фильм вы смотрели вместе? Что он пьет по утрам? Что ест на завтрак? Его любимое блюдо? Где вы были в отпуске? Фотографии есть?
Допрос длился не менее часа, а вопросы были все каверзнее. На некоторые из них я затруднялась ответить, на другие с большой вероятностью мой муж однозначно не смог бы ответить правильно.
Вопросы касались не только моего мужа и нашего совместного проживания, но и меня. Пан усердно спрашивал, что я люблю есть, какие фильмы смотрю, какой кофе предпочитаю, какие читаю книги и что делаю по утрам. Все это очень напоминало анкеты, которые я заполняла в школе. Любимый цвет, любимый фильм, любимый напиток. Я никогда бы и не подумала, что взрослые тоже могут отвечать на подобные вопросы.
Когда вопросы иссякли, пан вышел со мной в коридор и, не позволив вымолвить ни единого слова мужу, пригласил его в кабинет. Мне ничего не оставалось, как ждать.
Допрос пана капитана занял чуть меньше времени, и минут через сорок оба пана появились в дверях кабинета, вполне дружелюбно о чем-то болтая.
Пан, допрашивавший нас все утро, поблагодарил за уделенное ему время и сообщил, что официальный ответ придет почтой.
— Что он тебя спрашивал? — не терпелось узнать мне.
Мой муж пожал плечами и добавил:
— Не помню уже.
— Про первое свидание спрашивал? Во что мы были одеты?
— Был такой вопрос.
— А ты?
— Сказал, что был в рубашке и джинсах. Я всегда так хожу.
— А про цвет рубашки спрашивал?
— В полосочку рубашка. Это моя самая нарядная. Я в ней на важные встречи всегда хожу.
Ответ меня несколько удивил, я и не подозревала, что у моего супруга имеются важные и не важные рубашки, но его ответ меня вполне устроил.
— А я во что была одета?
— В брюках ты была. Кажется.
— А свитер?
— Не помню. Про свитер меня не спрашивали.
— А какой пастой ты зубы чистишь?
— Blend-a-med. Я других названий не знаю, поэтому сказал, что Blend-a-med.
Ничего другого выяснить мне не удалось: то память моего мужа подводила и никак не хотела припомнить ответа на интересующий меня вопрос, то такого вопроса он вообще не помнил. Но в целом и общем создавалось впечатление, что наши ответы в большинстве своем совпадали.
Через месяц пришел положительный ответ, а еще через пару недель у меня на руках был заветный вид на жительство. Теперь я могла легально искать работу, открыть свой бизнес, работать, платить налоги или просто чувствовать себя более уверенно, зная, что теперь-то уж точно никто не посмеет меня выдворить из страны.
Польский язык, откровенно говоря, давался мне нелегко. Грамматика его сложна так же, как и грамматика русского. В польском, так же как и в русском, имеются и спряжение, и склонение, и окончания постоянно меняются. Поскольку русский я впитывала, так сказать, с молоком матери и практиковала с юных лет, соответственно, никогда и не задумывалась о сложности родного языка.
Несмотря на то что я добросовестно зубрила чем-то похожие на русский язык слова, однако особого результата это не приносило. Что-то, конечно, откладывалось в моей голове, но вот на практике применить никак не получалось.
Польский был чем-то новым и пока еще неприступным, поэтому бороться с грамматикой пришлось долго и мучительно. Окончания никак не хотели запоминаться, слова и буквы путались и зачастую сливались в один шипяще-жужжащий звук, значение которого разобрать могли, кажется, только истинные поляки.
Но желание блеснуть знаниями и идеальным произношением перед ненаглядным мужем было огромно, поэтому я старалась с утроенной силой.
Ощутимый прогресс наступил только после переезда в Варшаву. Процесс пошел быстрее. С каждым днем услышанные слова уже не раздавались набором шипящих звуков в моей голове, а становились все понятнее и приобретали смысл. Новые слова запоминались быстрее, а предложения наконец начали складываться во вполне себе понятные и грамматически правильные фразы.
Но вот выговорить бесконечное количество −ш, −ж, −рж, −вж, −бж оказалось заданием не из простых. Язык мой мучительно гнулся в разные стороны под всевозможными углами, пытаясь правильно произнести нужные слова и предложения, но, к сожалению, чаще всего выходило не совсем то, что я планировала сказать.
Большим препятствием на пути каждого, изучающего польский язык, является то, что многие слова содержат в себе несколько согласных подряд. Думаю, не меня одну подобные слова приводили в ступор. В русском, конечно, тоже встречаются слова с тремя согласными буквами подряд, но все же польский превзошел русский в разы не только наличием огромного количества согласных подряд, но также и изобилием шипящих.
Неудивительно, что для многих европейцев изучение польского то же самое, как китайский для русского человека. Хотя, конечно, нет ничего невозможного.
Не могу не признать, что вид многих польских слов приводил меня в ужас, и порой я на минуту зажмуривалась, дабы убедиться, действительно ли представшее перед моими очами слово все-таки существует и это не оптическая ошибка.
