Недавно я перечитал свои записи о Галилее, в которых на самом деле я не говорил, что падающие тела не проходят через все степени замедления; но я говорил, что это нельзя определить, не зная, что такое тяжесть – что означает то же самое. Что до вашего примера с наклонной плоскостью, то он прекрасно доказывает то, что всякая скорость бесконечно делима (с чем я согласен), но не то, что, когда тело начинает падать, оно проходит через все эти деления. И когда бита бьет по мячу, я не верю, что вы полагаете, что мяч в начале своего движения движется медленнее, чем бита, ни, наконец, что все тела, потерпевшие воздействие других тел, не двигаются с самого начала со скоростью, соразмерной скорости тел, которые привели их в движение353. Между тем я полагаю, что тяжесть является не чем иным, как [результатом того, что] земные тела на самом деле подталкиваются к центру Земли тонкой материей, из чего вы легко можете сделать выводы. Но не следует думать, что из-за того, что тела эти в начале двигаются так же быстро, как тонкая материя; ибо она приводит их в движение лишь косвенно, и им сильно препятствует воздух, в особенности наиболее легким телам354.
Равномерно ускоряющееся движение – это движение свободно падающих тяжелых тел. Но в чем причина такого движения? Что есть тяжесть? Декарт утверждает, что это необходимо узнать. Однако Галилей отказывается отвечать355 и даже отказывается поднимать этот вопрос. По-видимому, он сам глубоко убежден в том, что Гильберт прав; иными словами, он полагает, что сила тяжести – это нечто сродни магнетическому притяжению и что Земля представляет собой гигантский магнит356. Однако убеждение – это одно, и совсем другое дело – доказательство. Никто – ни сам Гильберт, ни Кеплер – еще не предоставили доказательства этого. Ибо никто (даже Галилей, хотя он долгое время изучал свойства магнитов) пока еще не был в состоянии предложить рациональную (т. е.
