— Всем столующимся у меня я ставлю условие: ешьте, а из чего приготовлено — профессиональная тайна… Досточтимый сосед! Я не ошибусь в прогнозе, если выскажу несколько смелую мысль: вы подохнете с голоду в течение ближайшей недели. Судя по внешнему виду, ваш гардероб уже съеден и запит дешевым пивом. Я не филантроп. Я накормил вас только с одной целью: наполнить вас минимальным количеством калорий, необходимых вам для того, чтобы выбраться из этого коридора и дать мне возможность уснуть, ибо я встаю в четыре часа утра… Не делайте порывистых движений. Вы еще не доели половины котлеты. Она вам необходима, чтобы преодолеть последние две ступеньки, ведущие на мансарду. Не обижайтесь на отсутствие у меня вежливой и дешевой лжи. То, что я вам предложу, тоже ничего общего не имеет с благотворительными обедами «Армии спасения». Мне нужен помощник по доставке провизии. Условия найма: бесплатный обед и ужин из моей кухни. Если у вас нет предложений занять пост главного инженера завода, то спешите дать согласие… И еще торопитесь выспаться, ибо в четыре часа утра мы с вами выходим на работу. Доброй ночи, инженер Куарт!
Было еще совсем темно. Бигоп разбудил Куарта. Они вышли на улицу и молча двинулись в черный туман. Куарт хотел высказать своему хозяину сомнения насчет того, чтобы рынки открывались так рано. Но Бигоп уже свернул в один из дворов. В подворотне дул острый, как игла, ветер. Инженер брел, смутно угадывая бигопову тень впереди. Остановились.
— Подержите мешок! Я зажгу фонарь.
Разгоревшийся фонарь осветил помойку.
Бигоп поставил фонарь на мусор и тихо сказал инженеру:
— Вот наш рынок… Не таращите глаза. Не будьте белоручкой. Лезьте. Отбирайте хлебные корки, обрезки картофеля, кости. Осматривайте консервные банки: если в них есть какие-нибудь остатки, кладите в это ведро.
Куарт стоял около зловонной пропасти помойки, заспанный, замерзший, плохо соображая, в чем дело. Бигоп, как курица, бойко копошился в металлических мусорных ящиках.
— Шевелитесь, работать надо быстро. У нас есть враги. На помойных ямах зиждется благополучие фирмы «Кунгер и К°». Ее вонючие фургоны и автомобили очищают дотла все мусорные ямы и увозят это золото на утилизационные заводы. Разгребайте ту кучу слева, я вижу там много ценной провизии. Эти проклятые серые грузовики выезжают в шесть утра — из-за них я недосыпаю и вынужден даже нанять вас. Теперь вам понятно, почему мы работаем с четырех? Э, инженер! Вы не умеете… Зачем вы это выбрасываете? Такую кожуру не везде найдешь… Отброс? А знаете ли вы, сколько он содержит жира и белков? Из него получаются такие котлеты де-воляй, что пальчики оближете! Ничего, что там почти нет мяса. Ножом можно соскрести… Хлебные корки кладите в корзину…
Во втором дворе, к мусорным ящикам которого особенно спешили наши кулинары (ибо то был двор ресторана), их встретила неожиданность. Едва Бигоп, вооруженный фонарем, двинулся к ящикам, как оттуда высунулись три измазанных рожи. Рожи что-то жевали и злобно смотрели на подошедших.
— Ишь, с фонарем… охотнички! Проваливайте!.. — И запустили в Бигопа консервной банкой.
В одной из ям пришлось вступить в драку с крысами, не желавшими уступать свои ночные рестораны. К рассвету стало труднее работать, у каждого мусорного ящика уже мрачно копошилась толпа…
Закончилось утро совсем плачевно. Бигоп разыскал двор с большими залежами костей: еле успевали совать их в мешок. Увлеченные раскопками кулинары не заметили, как с серого грузовика спрыгнули два здоровых дяди в фартуках. Подойдя, дяди очень обозлились на то, что Бигоп успел уже выбрать самое ценное.
— Эй, крыса, брось рыться! Мусор этого дома запродан «Кунгеру». Вываливай кости назад!
И, схватив мешок, стал высыпать кости…
Тут в Бигопе проснулся настоящий хищник. Он, прыгнув, вцепился в мешок. Завязался бой, во время которого фартучник, улучив момент, хватил Бигопа по голове берцовой костью быка. Бигоп вынужден был уступить помойку.
Возвращаясь домой, Бигоп долго пилил Куарта за его трусость и беспомощность.
На кухне добыча подвергалась тщательной сортировке. Кости, корки сыра, колбасная кожура, картофельная шелуха, хлебные огрызки, рыбьи кишки — все заняло свое место.
Куарт был поражен тем, что Бигоп часто извлекал из своего мешка вещи, никакого отношения к гастрономии не имеющие. Заметив его недоумение, Бигоп хихикал своим беззубым ртом.
— Все это мною потом исследуется… В свободные от кухни часы я вооружаюсь реактивами, ретортами и терпеливо ищу белки, углеводы, жиры там, где их присутствия и не подозревали мои коллеги по институту…
Тупое оцепенение овладело Куартом. Он окоченел, его руки не сгибались. Не было силы уйти из смрадной, но теплой комнатушки. Он дремал в углу, слушая Бигопа.
Облачившись в фартук, «г-жа Ян» занялась алхимией.
