Главный дисплей переключился на камеру, установленную на крыше другого помещения базы, и там появилась Ева. Пробив бронированную крышу клетки, гигант взвился в небо.
– Только не это, – застонал Тодзи. – Неужели ты никогда не сможешь уйти по-нормальному?
– Но… – сказал Аоба. – Это невероятно. Он летит.
– Его полет был запланирован только на сегодня. А испытания должны были проходить на плавучей палубе на озере Аси. Но теперь посмотрите на все эти разрушения. Вот дурак! Кто, по его мнению, должен за все это платить?!
Еще недавно подросток мог бы кричать от радости, но за короткое время он полностью вжился в роль исполняющего обязанности заместителя командира. Аоба и Хьюга посмотрели друг на друга и захихикали.
В своем первом полете Ева не собиралась набирать очки за стиль. Гигант не только переваливался через чайник, но и вращался вокруг него.
Привыкнув к дыханию в LCL, Майя предложила: – Синдзи-кун, раскрой крылья Vertex до упора и расправь их на всю ширину.
Хьюга посмотрел на экран состояния, и его глаза расширились от удивления. – Синдзи-кун? Ваше оружие сообщает о неавторизованном пилоте, и оно не настроено ни на кого другого. Кто-то находится там с тобой? Ты не сможешь стрелять.» Он переключил свой канал связи на лабораторию. – Уважаемая Ибуки, вы можете что-нибудь сделать?
– Он просто обязан был впустить кого-нибудь в несанкционированную розетку. – Главный ученый вздохнул. – Этот мальчишка вечно создает проблемы! Подождите. Я пришлю исправление.
– Извините, – сказал Синдзи.
За ним быстро последовал голос Аянами:
– Мы выходим.
– Синдзи-кун, подожди! – сказал Хьюга.
Но не успели сотрудники командного пункта обработать свое удивление от того, что услышали Аянами, находящуюся в розетке Синдзи, как появился противник.
– Глаза на мониторе, – сказал Аоба. – Посмотрите в окно. Ангельские носители приближаются.
Несколько белых рук протянулись через голубое окно, цепляясь за его края.
– Их трое, – доложил Аоба, – нет, пусть будет четверо!
Проем был маловат для того, чтобы в него могли пролезть сразу все четыре гиганта, но, словно узел змей, они пролезли, извиваясь и скручивая свои тела.
Не задерживаясь ни на минуту, Тодзи крикнул в гарнитуру:
– Синдзи, делай это немедленно! Лети через окно!
Сотрудники командного центра дружно ахнули – они не были в курсе плана – и Ева пронзила небо огненным светом. По мере ускорения оранжевый след становился все более ослепительным на фоне ночного неба.
Как и раньше, носители ангелов пришли за сердцем Евы, но теперь они искали и ее крылья. Один из них, видимо, Сандальфон, прицелился в Еву и выпустил сферу света красновато-черного цвета лавы.
Ева не стала уклоняться от атаки личинки. Вместо этого она продолжила двигаться вперед, вытянув вперед левую руку и проецируя АТ- поле, чтобы отклонить сферу. Из кокона другого Носителя, стоявшего перед шлюзом, показалась пара немыслимо огромных острозубых челюстей. Это был Гагиэль, и Ева влетела прямо в его пасть и была проглочена целиком. Но тут Ева вырвалась с другой стороны, с мечом Бизен в руке, пронзая его с такой невероятной скоростью, что кровь не успела даже фонтанировать, как Гагиэль взорвался красным туманом.
– Невероятно, – сказал Фуюцуки.
Синдзи ответил тем, что стало его последней передачей перед тем, как исчезнуть в портале:
– Фуюцуки-сэнсэй, Тодзи, я оставляю остальное в ваших руках!
– Вы можете на нас рассчитывать, – сказал Тодзи. – Только вот вам предстоит самая трудная часть.
Но пилот мог и не услышать, так как он уже ушел, оставив после себя лишь ударную волну Евы, с грохотом пронесшуюся по кальдере.
Оставшиеся носители ангелов вернулись к порталу в погоне за сердцем и крыльями Евы, и окно в голубое небо закрылось.
В тот момент, когда ЕВА приземлилась, Синдзи понял, что что-то не так. Окно не имело толщины; он полагал, что портал ведет прямо к месту, расположенному по ту сторону. Но теперь это место казалось очень далеким.
Почти двухмерное окно превратилось в нечто похожее на проход. Другая сторона казалась теперь меньше – как фотография в паспарту, уменьшающаяся, становящаяся все более далекой, хотя Ева летела к ней с той же невероятной скоростью, что и раньше.
У меня могут быть проблемы, подумал Синдзи. Это проблема восприятия.
Я не чувствую, что двигаюсь вперед.
Самолет мог бы не выключать двигатели и лететь навстречу удаляющемуся выходу, но Ева действовала на основе чувств. Если бы пилот не чувствовал поступательного движения, Ева могла бы застыть на месте.
Ангелоносцы приближались сзади, и Синдзи не мог разглядеть Токио-3 за ними. Видимо, та сторона была закрыта. Синдзи только начал паниковать, когда заговорила Аянами Рей.
Она была одета в костюм ментальной защиты и сидела в кресле пилота, которое Синдзи передал ей, а сам стоял в стороне в позе мотоциклиста, облокотившись на нее, чтобы держать левый и правый стики управления.
– Может быть, – сказала Аянами, – он не хочет, чтобы мы проехали.
– Ах, – подумал Синдзи, – должно быть, таким образом наш враг пытается противостоять нам.
