Понятно, что квартал не защищался никак. Одновременно, любой бродяга или человек в сложной жизненной ситуации мог свободно зайти на его улицы и даже осесть. Из минусов – никаких гарантий, что завтра проснешься. Могут ограбить и зарезать местные, которым показалось, что у тебя есть что-то ценное. Может избить или убить местная золотая молодежь, изредка приезжающая в квартал развлечься и пострелять по людям. Иногда в ответ стреляли по ним, отнимали машины и ценности – но тогда весь квартал вымирал на пару недель, пока каратели не успокоятся.
Но даже тут можно было кое-как существовать, если держаться поближе к барахолке и не забывать про подарки местной охране.
Группа из трех человек: потрепанной жизнью проститутки, наркомана-электрика и сумасшедшей с постоянно трясущейся головой – влилась в местное общество идеально. В первый же день «проститутка» нашла себе «папика» из местного руководства – человека, крепко задолжавшего Ордену, переданного сестрам вместе со списком других полезных людей еще до начала всей этой авантюры. Я, пользуясь все еще взорванным магистральным кабелем, проходившим не особо далеко, сделал в него нелегальную врезку и прокинул ветки по техническим колодцам до дома охраны (в основном, используя уже проложенные под землей провода), намекнув, что неплохо бы жить где-то рядом, если при подаче мощности возникнут какие-то проблемы. Уже этого хватило, чтобы под нас очистили подвал дома на Томпкинс-авеню. Ну а потом «сумасшедшая» сварила настолько отменное варево, что на запах явилась та же охрана. Сначала хотели просто отнять, потом договорились, что раз в день будут обменивать похлебку на продукты – если, конечно, хотят жрать сваренное из продуктов, а не крысиных хвостов и гнилья, собранного по помойкам.
Так что, говоря правдиво, «тайное убежище» у нас, по меркам этого квартала, где-то даже элитное – пусть даже верха у дома фактически нет. Зато никто не залезет через чердак или окна. Подвал, опять же, без крыс и насекомых.
Но почему бы не вжиться у плантаторов на западе?! Там, говорят, ухоженные парки и домики с террасами для распития кофе по утрам.
Ладно, перетерпим – сверху не капает, уже хорошо. А сырость отогреем обогревателями.
Главное – за пару дней вжились, став неотличимыми от общего фона. А как подали энергию прошлым вечером, и оказалось, что халявный свет по ночам хотят многие – получилось договориться, чтобы за нашим домом поставили приглядывать отдельного охранника. За это местный мелкий босс мог выбирать из «многих желающих» единичных счастливчиков. Человек оказался неглупый и прекрасно понимал, что «электричество всем» – это уже перебор, на такую наглость немедленно последует ответ. Но если воровать по чуть-чуть… И только «уважаемым людям», вкладывая в цену свой интерес… Эту логику он поддерживал.
Но даже с этими «счастливчиками» я уставал за сутки так, что делать проводку для своего подвала смог только сейчас. Да и то – без уверенности в немедленном успехе. Потому что дом пережил пожар, дожди и грабеж непонятно какого количества местных жителей. Из относительно целого – только щиток, да и тот…
Сверху хлопнула входная дверь.
Я насторожился, подбирая с пола монтировку, одновременно применяя талант.
– Марла, – откинул я ненужную железку, успокаиваясь.
Насторожившаяся Агнес спрятала нож обратно в складки платья. Ножик, к слову, выглядел как самый обычный – в чем-то даже забавный, словно кухонный, но перевязанный по ручке проволокой. Только от его вида становилось слегка не по себе, а в правой руке начинала подрагивать Спица.
– Всем привет! – Довольно улыбающаяся Марла махнула правой рукой, придерживая левой ярко-розовую сумочку-косметичку.
Раскраска у сестры была «рабочая»: парик из выбеленных волос на голове модели «швабра» – с завитушками, растопыренными во все стороны, коротенькой маечкой поверх торчащих сосков и джинсовых шортиков, переходящих в слегка рваные черные кружевные чулочки. На ногах – босоножки, чтобы все видели рисунки розовым лаком на ногтях.
– Чего такая довольная? – Буркнула Агнес, поднимая на нее взгляд. – Неужели тебя наконец-то разложили по кругу?
– Не, – цокнула она. – Я же теперь девушка Гонсалеса. А у Гонсалеса на меня не стоит, – разочарованно развела она руками.
– Ты ему отрезала? – Озадачилась дама у окошка.
– Зачем? Можно просто сделать внушение! – Крутнулась Марла вокруг себя. – Там, внизу, так все кровит даже от маленького надреза!
– Не убей нам покровителя, – хмыкнула Агнес.
– Да я не понимаю, что ли, – отмахнулись ей в ответ. – Но место ему показать было нужно. Возомнил, что я подарок от Ордена… А где Генри?
– Тут я, – буркнул из коридора в другом конце помещения.
– А у меня для тебя сюрприз!
– Триппер?
– Генри, – с возмущением глянули на меня. – Я – самая непорочная путана в городе!
– Ладно, что там? – Закрыл я электрический щиток.
Проще до барахолки дойти и там взять свежеворованное, чем рисковать и разбираться с этим. Даже если выглядит целым: сырость и время, время и сырость…
– А вот обижусь и не покажу! – Притопнула та ножкой.
