С его губ против воли сорвался какой-то печальный звук, и русал встревоженно обернулся, из окровавленного рта свисали клочья мяса, – но страха в черных глазах не было.
Нацелив винтовку на центр вздутого лба русала, Марти, полный холодной ярости, нажал на спуск – и оборвал жизнь этого омерзительного чудовища.
Всемирная конференция по млекопитающим, организованная Обществом изучения морских млекопитающих и Европейским обществом изучения китообразных, проводилась раз в два года и привлекала специалистов из соответствующих сфер со всех континентов. В этом году она длилась шесть дней, сплошь заполненных научными докладами, тематическими дискуссиями, презентациями и семинарами. Последний день завершался банкетом, желающих принять в нем участие было под завязку. Ужин с коктейлями проходил под выступление группы, исполнявшей соул, панк, ритм-энд-блюз и поп. По залу сновали официанты, подливая в бокалы шампанское, а публика ждала главного события вечера: награждения Мартина Рассела, почетного профессора морской биологии Оксфордского университета, – за выдающиеся достижения.
Марти, в смокинге и лаковых туфлях, сидел на почетном месте у входа в большой зал. Справа от него в рубиново-красном ниспадающем с плеч платье блистала Рэдика. Она прекрасно выглядела для своего возраста, карие глаза, как и раньше, искрились юмором. В какой-то момент в ее блестящих черных волосах появилась белая прядь – а-ля Эльза Ланчестер из «Невесты Франкенштейна». Поначалу Рэдика ее стеснялась, но Марти постоянно уверял, что так она выглядит более изысканно, и теперь она не закрашивала прядь и даже ею гордилась. Рядом сидели их трое детей. Сара, старшая, худенькая, востроглазая, остроумная, во всем походила на маму. Она заканчивала учебу в Бангорском университете в Уэльсе на факультете морских биотехнологий. Двое других детей не пошли по стопам отца. Пятнадцатилетний Джо проявлял интерес к карьере психолога в сфере искусственного интеллекта, а одиннадцатилетний Фредди мечтал стать космическим гидом – после того, как год назад вместе с семьей провел месяц на Луне.
Слева от Марти бросалось в глаза свободное место – оно предназначалось для доктора Монтеро. К тому времени, когда мир узнал о существовании русалов, она незаметно исчезла с радаров. Марти за многие годы неоднократно пытался с ней связаться, всякий раз с нулевым результатом. Эльза объявилась неделю назад и поздравила его с наградой за выдающиеся достижения. Он тут же пригласил ее на церемонию, но она встретила это предложение без восторга. Марти настаивал, и она закончила разговор, сказав, что подумает.
В конце концов она решила не приезжать, и Марти даже не предполагал, что будет так разочарован – очень надеялся, что их встреча состоится.
Он сказал Рэд:
– Переусердствовал с шампанским. Сейчас вернусь.
– Не задерживайся. – Она чмокнула его в щеку. – Вот-вот начнут.
Марти прошел в туалет, по пути отвечая на кивки и улыбки. Отойдя от писсуара, он сполоснул руки, глубоко вздохнул – кажется, с годами он делал это все чаще – и остановился перед зеркалом. Глянул на свое отражение. Кажется, в семьдесят он выглядел как всегда, разве что добавились морщинки и седина на висках.
Двадцать пять лет прошло, подумал он, вспомнив события на острове Демонов. Тем не менее казалось, что все случившееся тогда и в последующие недели и месяцы было вчера.
Тогда Марти послал с «Оаннеса» сигнал бедствия, и вскоре к острову прибыла береговая охрана Шри-Ланки. Военные обозначили место преступления вокруг тел Пип и двух русалов, а Марти и Эльзу взяли под стражу прямо на борту двухсотфутового катера. Их допрашивали целый час, потом на вертолете доставили на морскую базу в Тангалле, крупном городе на южном побережье страны. Их поместили в разные комнаты, и высокопоставленные армейские чины снова учинили им допрос с пристрастием. Он продолжался весь вечер, и Марти заявил, что его задержание выглядит как арест и, если его собираются в чем-то обвинить, пусть обвиняют. К полудню следующего дня никакого обвинения предъявлено не было, и Марти заявил, что не будет больше ничего говорить без адвоката. Через час их с Эльзой отпустили, при условии, что, вернувшись в Коломбо, они сдадут полиции паспорта и в ближайшем будущем не будут выезжать из страны.
Следующие два дня Марти занимался возвращением «Оаннеса» в Коломбо, одновременно пытаясь выяснить, где содержатся Рэд и Джеки, потому что на звонки они не отвечали. Увы, все, к кому он обращался, уверяли его, что об их местонахождении им ничего не известно. Потом ему позвонила медсестра из больницы Коломбо и сообщила, что Рэд доставили в отделение неотложной помощи с серьезными ортопедическими травмами. Марти примчался в больницу, но к Рэд его не пустили, ей делали срочную операцию. Через двенадцать часов старший хирург рассказал ему, где и при каких обстоятельствах ее нашли на острове Демонов. Ей вставили в берцовые кости стержни, в кости на стопах и лодыжках – винты и штифты, но сможет ли она ходить, уверенности не было.
