1829 год. Евреи Хамаха убили мусульманскую девушку и были изгнаны из города.
1834 год. Евреи Триполи были обвинены в убийстве алеппского христианина.
1838 год н. э. Евреи Иерусалима пытались убить мусульманина.
1839 год. Колба с кровью прошла через таможню в Бейруте.
1840 год. Евреи убили падре Томазо и Ибрагима Амараха в Дамаске. В том же году они скрылись с греческим мальчиком на Родосе, греческий мальчик исчез на Корфу, и была предпринята попытка убийства мусульманина.
1847 год. Евреи распяли христианского мальчика на горе Ливан.
1853 год. Евреи Хайфы убили жену еврея из Алгер-Ине.
1865 год. Евреи Цфата предали смерти испанскую еврейку.
Разве не напоминают эти события вам то «поколение ехидны», т. е. некоторых иудеев, которые собрались вместе и связали себя клятвой, говоря, что они не будут ни есть, ни пить, пока не убьют Павла? И разве апостол не был прав, утверждая: «Они не угодны Богу и противны всем людям»?
Как тщетно перед лицом всех этих ужасов цитировать свидетельство Гроция, который, говоря о евреях времен Рассеяния, говорит: «Et tamen tanto tempore Judaei, nec ad falsorum deorum cultus defluxerunt, nec de adulteriis accusantur»111; и «Apud Batavos Judaei suspecti talium facinorum non sunt»112. И все же эти люди отлучили Спинозу и покушались на его жизнь113, потому что он писал правду, которая была в нем заложена. Однако, если допустить, что евреи Голландии были похожи на мягких и незлобивых караимов Крыма и Адена, то из этого не следует, что все широко разошедшиеся семьи Дома Израилева заслуживают столь же благоприятного приговора. Во всяком случае, на этих страницах было изложено достаточно, чтобы открыть глаза исследователям и этнографам; это останется в истории «до Илии».
«Народ, осужденный мнением и обреченный законами на позор и бесчестье; род, который, отстранен от всех свободных профессий, был на протяжении веков и до сих пор лишен права владеть землей; который, подчиненный особым и суровым правилам, научился одновременно повиноваться и сохранять независимость; который, несмотря на презрение, которое он внушает, и ненависть, которую он пробуждает, и предрассудки, с которыми его принимают и осуждают, все еще сопротивляется этому презрению, этой ненависти и, наконец, всем тем причинам, которые должны разъединить, ослабить и уничтожить семью, расу, нацию. Такой народ, говорю я, заслуживает внимания наблюдателя, хотя бы самим фактом своего существования».
Общих работ на тему цыган у нас, пожалуй, достаточно, и даже более чем достаточно; это возражение, однако, не может быть выдвинуто против специальных работ, которые все же весьма желательны в каждом отделе «Цыганологии». Я использую последний термин, отдавая предпочтение французскому термину «Tsiganologie», о котором мы еще поговорим, а не термину «Romanology», сомнительного происхождения, недавно введенному в английский язык.
Я хочу представить на суд общественности следующие выводы, которые, были сделаны мною в результате многолетнего изучения вопроса о родственных взаимоотношениях цыган и джатов:
1. Средневековые цыгане Европы были последней волной арийской эмиграции, хлынувшей на запад в начале пятнадцатого века; и этой волне, возможно, предшествовал не один подобный исход.
2. Средневековые цыгане демонстрируют семейное сходство, физическое и нравственное, этнологическое и лингвистическое, с современными джатами, очень сильным народом, который проживает на территории от устья Инда до его верховьев, на великой равнине, а затем распространяется по Туркестану и севернее.
3. Есть веские основания считать джатов и гинчи в Тартарии114 современными представителями классических гетов и готов более позднего времени.
4. Язык обоих племен (джатов и цыган) относится к индо-персидскому типу, индийская составляющая его не так сильно изменена, как в современных разновидностях пракрита115. Абсолютная изолированность речи, особые соображения секретности и тот факт, что она устная и никогда не была письменной, сохранили ее чистоту среди цыган; в то время как джаты, находясь в тесном контакте с чужеродными языками, внесли те вековые лингвистические изменения, которые знакомы даже английскому и французскому языкам.