Единственное, что создалось на этот период, — это Палестинское общество в Одессе. Но оно имело свою специальную цель, достижение коей не давало никакого места для работы в области прав евреев в самой России. Из еврейской печати остался один «Восход», издаваемый и редактируемый А.Е. Ландау, — орган, имевший значение чисто литературное и культурное, но не публицистическое. К концу восьмидесятых годов еврейская интеллигенция в Петербурге, усилившаяся количественно, оставалась так же чужда еврейской общественной и политической жизни, как и была раньше. Громадное большинство деятелей указанных кружков разбрелись по сторонам и вместе с закрытием печатных органов отошли от еврейской работы. Некоторые из них даже оставили еврейство формально. Все осталось по-старому. Все дело защиты интересов евреев, осведомление о том, чего следует ожидать от правительства после закрытия паленской комиссии, принятие тех или других мер предупреждения угрожающих бедствий — все это оставалось заботой нескольких лиц в столице, и главным образом барона Г.О. Гинцбурга.
Я имел случай дать краткий очерк личности и деятельности барона Горация Осиповича Гинцбурга (см.: «Пережитое». Т. II[235], и недавно изданную книгу по поводу столетия со дня его рождения: Барон Г.О. Гинцбург. Его жизнь и деятельность. Париж, 1933).
В моих воспоминаниях эта личность не может не служить как бы центром, вокруг которого двигалась моя работа в течение почти 20 лет.
