Полномочиями своими министр воспользовался, и норма проведена была в жизнь. Правила 3 мая, поражавшие экономическое благосостояние евреев и поставившие еврейские массы в положение задыхающихся в пределах городов и местечек людей, не так больно ударили по еврейскому населению, как ограничение доступа в учебные заведения. В этом ограничении еврейство усматривало явное намерение правительства ослабить духовные силы еврейства. Открытие специально еврейских учебных заведений правительством не разрешалось, и, таким образом, норма имела целью вообще не допускать евреев к образованию. Еврейская молодежь осуждена была на невежество. О том, как применялась норма, мне придется говорить неоднократно.
Показателем нового настроения служило и разъяснение в виде дополнения к правилам 3 мая 1882 года, проведенное через Государственный совет о воспрещении евреям не только нового водворения в сельских местностях, но и перехода из одного села или деревни в другую сельскую местность. Застигнутые 3 мая на жительстве в деревнях оказались прикрепленными к данной деревне. Последствия этого ограничения, изданного в 1887 году, были весьма тяжелы. Вследствие запрета заключать арендные договоры на недвижимое имущество живущие в деревнях евреи лишены были возможности переходить из одного помещения в другое и оказались в зависимости от владельцев имений или крестьянских участков, на которых они жили и имели свои торговые или промышленные заведения. Не оставалось ничего иного, как обходиться без контрактов, и в любой момент еврей мог быть выброшен на улицу из-за невозможности перейти в другую сельскую местность и мог очутиться в городе или в местечке, где никаких источников для заработков не существовало. Еще тяжелее стала зависимость от полиции, так как в любой момент ею могли быть предприняты меры к выселению.
Более тяжелого времени в истории русских евреев в России найти невозможно. Евреи вытеснялись из всех завоеванных позиций, не только во внутренних губерниях, но и в черте оседлости. Обычно делавшаяся правительством ссылка на то, что черта оседлости, состоящая из 15 губерний, кроме Польши, представляется довольно обширной для проявления еврейским населением своей экономической силы, стала совершенно эфемерной. Не было уже речи о губерниях, а только о городах и местечках в этих губерниях, весьма немногочисленных в Малороссии, в Новороссийском крае и в Таврической губернии, где, кроме уездных городов, других городских поселений не было. Вновь образовавшиеся поселения торгово-промышленного характера, хотя бы они по количеству населения и по темпу промышленной жизни превосходили уездные города, не именовались ни местечками, ни городами и были закрыты для легального поселения евреев. В законе не был установлен порядок признания данного поселения городом или местечком. Впоследствии мне придется указывать на бедственное положение, в котором оказывались тысячи еврейских семейств вследствие отсутствия подобных определительных норм.
Переход от политического курса в области еврейского вопроса, которого держалось правительство Александра II, к новому курсу — Александра III был настолько резок, что помимо материальных своих последствий он не мог не влиять угнетающе на настроение еврейской массы. Велась ли еврейством борьба против этого нового курса? Была ли защита и как она была организована?
