— Не волнуйся. Ты будешь работать с экономистом. Если потребуются ещё специалисты, я их тебе обеспечу.
— Спасибо, Джозеф.
— Договорились. С будущей недели начнём.
Он поднялся и протянул ей руку. Она без колебаний пожала её и вышла из кабинета.
Миновал май, затем июнь. Жизнь в Саммите налаживалась, обживался дом. Джош с женой несколько раз наведывались из Ливингстона, они тоже бывали у них. В начале июля Наум Маркович позвонил и сказал, что двенадцатого вылетают в Нью-Йорк. На этот день Санька взял выходной, и, решив не беспокоить Вику и договорившись с Эстер, поехал в аэропорт.
Самолёт из Москвы прибыл вовремя и уже через минут сорок он увидел на выходе родителей и сестру, кативших свои чемоданы. Мама тоже различила Саньку в толпе встречающих и замахала рукой.
— Сынок, я так счастлива.
— Я тоже, мамочка. Здравствуй, папа. Здравствуй, сестра. Как твои дела?
— Вопрос на засыпку. На мне пока ещё не видно.
— Значит, вовремя смылась. Выглядишь шикарно.
— Коля совсем обезумел. Хочет принимать роды.
— Ну, время ещё есть. Поехали домой, хозяйка квартиры ждёт нас.
Они вышли на огромную стоянку. Санька открыл большой багажник и легко уложил туда чемоданы. Через полчаса «Крайслер» остановился возле дома. Эстер уже ждала на тротуаре и, увидев его, подошла к машине.
— Знакомься, Эстер. Моя мама Инна, папа Наум и сестрица Элла.
— Вы знаете, Алекс и Виктория мне, как дети. Они такие славные. Поэтому рада познакомиться с вами. Я слышала, есть у русских поговорка: «Яблоко от яблони недалеко падает».
— Я уже моим объяснил, что лучшего начала, чем Брайтон-Бич, в Америке не найти.
Санька вытащил их багажника чемоданы и все двинулись к подъезду.
В Саммит он вернулся затемно, когда Вика купала детей и укладывала их спать. Вместе поужинали на веранде, обмениваясь новостями, а потом сели на открытой площадке за домом, потягивая цейлонский чай. Но пора было готовиться к поездке в Израиль. Они поднялись с кресел и пошли укладывать вещи в чемоданы. Детские вещи Вика уже собрала, но коляску для Бенни мог сложить только он. Предстоял трудный день, детей нужно было завтра отвезти к родителям и сразу же выехать в аэропорт Джона Кеннеди. Они вместе приняли душ и легли на новую широкую кровать. Утомлённые любовью, они сразу погрузились в сон.
На следующее утро Санька и Вика поместили чемоданы и сумки в багажник «Крайслера», усадили детей в кресла на заднем сидении и поехали на Брайтон-Бич. Бабушка и дедушка приняли детей с восторгом. Вика принялась объяснять Инне Сергеевне, как кормить и во что одевать детей. Но какая еврейская женщина признается в своём неведении? Инстинкт материнства у неё в крови.
— Я, милая, вырастила двоих детей. Можешь положиться на меня.
— Не сомневаюсь, Инна Сергеевна. Поэтому и привезла их к вам.
— Утром выскочила в магазин, купила сыр, ветчинную колбасу и буженину. Затем сварила картошки и приготовила салат. Садитесь, я вас покормлю.
— Ну, мама, зачем всё это?
— Саня, я знаю, что дают в самолётах. Дома всегда вкусней.
Они сели за стол в кухне и с аппетитом поели. Потом поцеловали детей и вышли из дома. Погожий день занимался над городом, солнце светило ярко, разгоняя утреннюю свежесть. Заказанное Санькой такси уже стояло у тротуара. Оттуда показалась знакомая физиономия. Валера, верный спутник их бруклинской жизни, улыбнулся широко и радушно.
— Алекс, я смотрю, вашего полку прибыло?
— Да, мои родители и сестрёнка.
— Она у тебя красавица.
— Помоги с чемоданами.
— А вы куда летите?
— В Израиль. Друг женится.
— Благое дело делает. Меня друзья тоже туда приглашают. Осенью поеду.
— Привет всем и счастья молодым, — сказал Наум Маркович, обнимая сына и невестку. — За детей не волнуйтесь.
Через три часа самолёт «Боинг-747» американской авиакомпании «Delta» уверенно набрал высоту и распластал над океаном свои могучие крылья.
Когда объявили о посадке, Санька посмотрел в иллюминатор. Бесконечное пространство Средиземного моря вдруг упёрлось в почти прямую береговую линию, на многие километры застроенную столпившимися у кромки воды и обрамлёнными зелёными массивами городами. Это вызвало в его душе незнакомую прежде симпатию к стране, представления о которой были у него, как наверно, у большинства не израильтян, наивными и расплывчатыми. Самолёт уже летел над большим городом, далеко внизу по дорогам двигались машины, и жизнь текла своим незыблемым чередом.
Несколько дней назад они договорились, что в аэропорту Бен Гурион их встретит Илюша. Он увидел друзей, входящих в зал ожидания, и быстрым шагом направился навстречу им. Они обнялись и сразу же заговорили о делах, будто продолжая прерванный вчера разговор.
— Яна взяла на работе отпуск, сегодня должна пойти на последнюю примерку свадебного платья, а потом, мы с ней подъедем в зал торжеств отдать последние распоряжения.
— Мы хотели с Викой взять гостиницу в Тель-Авиве на набережной, но ты нам отказал. Где мы будем жить?
