Тактика действий армейских партизанских отрядов выработалась достаточно быстро. Это были, прежде всего, кавалерийские налеты и поиск неприятеля. Подвижные легкоконные отряды, не обремененные обозами и артиллерией, действовали в большинстве случаев внезапно, дерзко и решительно. После скоротечного боя партизанская конница быстро исчезала по проселочным дорогам в лесах, чтобы уже на следующий день появиться в другом месте.
Результат армейского партизанства в 1812 году хорошо известен. Русскому полководцу из Тарутинского лагеря удалось блокировать летучими отрядами все дороги, которые вели из Москвы: безопасными для зовоевателей они не стали за самое короткое время.
К северу от Московской дороги действовали отряды барона Винценгероде, который вскоре имел под своим начальством две тысячи человек. На коммуникационных линиях Великой армии Смоленского направления оперировали отряды Д.В. Давыдова и И.С. Дорохова, подполковника князя И.М. Вадбольского и капитана А.С. Фигнера. Боровскую дорогу наблюдали летучие отряды гвардии капитана А.Н. Сеславина и гвардейского поручика М.А. Фонвизина. К югу от Москвы воевали на лесных дорогах со своими партизанами полковник князь Н.Д. Кудашев и полковник И.Е. Ефремов…
Главнокомандующий не раз ставил перед командирами армейских летучих отрядов и такую задачу, как взаимодействие с крестьянскими отрядами в ходе боевых операций. При этом он разрешал вооружать местных партизан трофейным оружием и обучать их тактике военных действий. В кутузовских предписаниях говорилось:
«Мужиков ободрять подвигами, которые они оказали в других местах…»
Армейские и местные отряды порой завязывали с неприятелем серьезные бои. Разгрому подвергались те воинские части французов, которые по каким-либо причинами отрывались от главных сил. Так, в Бронницком уезде партизанский отряд села Константиново совместно с донскими казаками полковника И.Е. Ефремова совершили нападение на вражеский отряд и разбили его, взяв при этом около 670 пленных и уничтожив 30 человек. Пленные были доставлены в штаб-квартиру кутузовской армии.
Из народных партизан Отечественной войны 1812 года наибольшую известность получил Герасим Курин, крестьянин села Павлово Богородского уезда Московской губернии. Созданный им из бежавших от французов в леса крестьян партизанский отряд имел несколько боев с неприятельскими фуражирами, которые изгонялись из окрестных деревень.
Самым большим делом Герасима Курина стал бой 1 октября с двумя эскадронами фуражиров у села Вохна. Соединившись с другим партизанским вожаком – волостным старшиной Егором Стуловым, они собрали для боя до 5,3 тысяч пеших и 500 конных крестьян. К ним на помощь пришел отряд казаков и партия гусар во главе со штаб-ротмтстром Богдановским. Партизаны напали на фуражиров и долго преследовали их, захватив обоз с награбленным провиантом и истребив до 30 французов.
Отряды Герасима Курина, «начальника милиции» Вохновской волости и Егора Стулова, после войны причисленного к почетным гражданам, фактически перекрыли для неприятельских фуражиров и мародеров Владимирский тракт. За свои партизанские дела они стали георгиевскими кавалерами, будучи награждены Знаками отличия Военного ордена.
…Имея обширную разведывательную информацию, М.И. Голенищев-Кутузов руководил многими партизанскими операциями. Так, узнав, что в Можайске находятся 3 тысячи русских пленных, которые конвоировались из Москвы в Смоленск всего 300 французами, он приказал летучему отряду И.Н. Вадбольского освободить их, совершив налет на город. В другом случае главнокомандующий приказал И.С. Дорохову совершить нападение на Верею и уничтожить там укрепления, возводимые неприятелем.
Армейское и народное партизанство осенью 1812 года, когда русская армия стояла в Тарутино, приняло для наполеоновской армии поистине угрожающие размеры. Истреблялись и прогонялись фуражиры и мародеры, небольшие воинские партии, нападения совершались на обозы и небольшие вражеские гарнизоны. Особенно чувствительным для Великой армии стал погром резервов, которые двигались к Москве по Смоленской дороге.
Задачи «малой войны» в журнале военных действий, который велся в кутузовской штаб-квартире в Тарутино, формировались следующим образом:
«Занимаемый ныне армиею укрепленный лагерь на берегу Нары при Тарутине позволяет отделить от оной значущие партии, которым предписано иметь в виду не токмо истребление неприятельских мародеров и фуражиров и обеспокоивание неприятеля, но которыя силою своею должны быть в состоянии наносить ему чувствительный вред, который ему в настоящее время будет тем ощутительнее, что он претерпевает сильнейший недостаток в фураже и провианте…»
Участники Русского похода, которым удалось возвратиться домой, в своих мемуарах корили императора Наполеона, что он не сумел совладать с народным сопротивлением. Речь шла о партизанской, кутузовской «малой войне». Так, оставивший после себя мемуары врач 84‑го пехотного полка 4‑го пехотного корпуса французской армии де ла Флиз писал:
