Как до «дядюшек» не доходит, что женщины делятся этим друг с другом? Может, они не знали, но женщины умеют разговаривать. Делают вид, будто ничего не происходит, а на самом деле прекрасно обмениваются информацией, хоть со стороны и может показаться, будто они всего лишь жалуются и сплетничают о тех, кто распускает руки или давит авторитетом. Информация защищает женщин, а иногда и вовсе спасает. Наверное, среди «дядюшек» такого нет. Поэтому-то им и не понять. Поэтому-то они бесстыдно лгут, придумывая истории, которые выгодны им. Хоть это и так очевидно.
– Мы с Кэйко подруги, – с напором проговорила Аюму. Он лишь еще сильнее скривил рот в усмешке.
– Подруги, да? Да какие вы подруги? Ни по возрасту, ни по характеру не совпадаете.
Он и правда думает, что невозможно подружиться с кем-то, кто на тебя не похож?
Аюму от удивления замолчала. Это всегда было для нее загадкой, но теперь она, кажется, начала понимать, отчего мужчины из их офиса, которые были старше нее, так часто поднимали в разговоре тему своих зависимостей от таких категорий, как возраст или образование, – для Аюму все это не имело особенного значения.
– Впрочем, это все неважно. Мы всего-то немного развлеклись с ней. Я и не думал, что она побежит в отдел кадров. Чересчур претенциозно и эгоистично, не находишь? Каждый получает по заслугам, разве нет?
Он продолжал говорить так, будто Аюму на его стороне.
– Вы это о чем? Вы же понимаете, что речь идет о жизни человека! Кэйко даже работы лишилась из-за этого!
– И ты туда же, о жизни! Ты ведь что-то вроде внештатной помощницы – на временном контракте-то?!
– Но почему именно Кэйко? – почувствовав, как к голове вновь приливает кровь, Аюму выдавила из себя вопрос, интересовавший ее больше всего.
– Почему? Да она просто бесила меня, эта тетка!
– В каком смысле?
– Вечно сидела у входа с такой серьезной рожей, словно бельмо на глазу. Однажды я поднял носовой платок, который она уронила. Так эта твоя Кэйко даже не улыбнулась! Неприятная и самоуверенная. Этого мне было достаточно.
– Достаточно?
– Именно так. Из-за таких, как она, рождаемость и падает. Отличная вышла месть. Да и кто бы поверил этой тетке. И ты в их глазах на самом деле всего лишь глупая девчонка.
Он улыбнулся, демонстрируя ей неестественно белые зубы.
Сознание Аюму полностью очистилось, став таким же белым, как эти зубы, а в следующую секунду она уже сбросила с себя последние покровы учтивости.
– Эй, ты, следи за языком!
Вообще-то, вежливо нужно разговаривать лишь с теми, кого уважаешь.
Аюму не то что не уважала – она всем сердцем презирала стоявшего перед ней мужчину. Как странно устроен язык – он абсолютно противен ее существу, и тем не менее она должна быть вежливой, ведь он старше, он мужчина, и вообще, женщины так не разговаривают.
– А ну, слушай сюда! – Аюму настолько разозлилась, что ее интонация больше напоминала уличного хулигана, но она уже не могла остановиться, да и, по правде говоря, не хотела. – Голову-то включи. Я Кэйко доверяю в сто раз больше, чем тебе. И почему это я должна принять на веру то, что ты рассказал – мы с тобой даже ни разу не общались. Она приличная женщина, а ты называешь ее неприятной и самоуверенной – на что ты вообще рассчитываешь? Кем себя возомнил? Я повторю еще раз: включи голову! Ладно? И подумай хорошенько!
Вокруг стало совсем темно, но в свете уличных фонарей – они будто тоже выступали на стороне Аюму – она смогла разглядеть его опухшее побагровевшее лицо.
– Эй, ты что себе позволяешь! Всего лишь женщина, а…
– Я еще не закончила! – инстинктивно перебила его Аюму. Из этого получилось бы отличное соревнование. Представь – ты прерываешь ненавистного собеседника, а затем ловко парируешь в ответ. Прямо как в настоящем спорте. – Разве я не предупредила тебя только что? Думай головой, прежде чем что-нибудь ляпнуть! Я знаю, что ты хотел сказать. «Всего лишь женщина, а говорит что ей вздумается, смотри-ка, какая дерзкая, но я-то, конечно, лучше нее во всех отношениях». Что-нибудь вроде этого, да? Как банально! – Аюму громко расхохоталась. Это оказалось так здорово – одновременно освежающе и неожиданно, и, заряженная этим настроением, Аюму выпалила еще одно слово: – Идиот!
В то же мгновение воздух вокруг как будто задрожал, и Аюму почувствовала, как ее тянут куда-то с огромной силой.
Его пальцы вцепились ей в плечи.
Мужчина яростно тряс ее и без умолку тараторил, окончательно выйдя из себя:
– Не забывайся! Ты всего лишь слабая женщина, ты никто в сравнении со мной. Следи за тем, что говоришь!
Руки его напряглись еще сильнее.
«Я влипла, – пронеслось в голове у Аюму. – Чересчур развеселилась и сболтнула лишнего». На самом деле в глубине души она не чувствовала, что перегнула палку, но теперь оказалась в опасном положении.
