Майя подсматривала за милующимися через щёлку кухонной двери, увидела, как запыхавшаяся Эгла отстранилась от Идоменея по движению губ подруги догадалась, что та спрашивает мужчину надолго ли он приехал в Ольвию. Майя припала ухом к двери, чтобы услышать ответ.
– В Ольвии пробуду недолго, уеду через несколько дней.
– Дней? – воскликнула Эгла, – я надеялась, что ты пробудешь со мной дольше.
– Сам хотел бы этого, но не могу, моя красавица.
– Ох, Идоменей, знал бы ты как мне без тебя скучно и одиноко, – плаксивым голосом произнесла девушка, – нельзя ли сделать так, чтобы мы не расставались надолго?
– Обещаю подумать над этим, Эгла, – Идоменей погладил бедро девушки, – согласишься ли ты покинуть Ольвию и уехать со мной?
– Уехать? С тобой? – Эгла заглянула в глаза мужчины, – но куда ты хочешь увезти меня, Идоменей?
– Например, в Прекрасную Гавань? Я мог бы купить тебе там дом и навещать вечерами…
– Дом? Мне? О, Идоменей, а нельзя чтобы этот дом был с бассейном? Так приятно отдохнуть у бассейна в летнюю жару!
У Майи сердце упало после этих слов. Как бы дурочка не выболтала о приглашении своего поклонника.
– С бассейном? – рассмеялся Идоменей, – Что ж, можно найти дом и с бассейном.
После этих слов Эгла снова принялась ласкаться к мужчине. А Майя задумалась, что будет делать она, если Идоменей решит забрать её подругу в Прекрасную Гавань?
_______________________________________________________________________________________________
Омикрон – буква древнегреческого алфавита.
Косское полотно – тончайшая, воздушная ткань с острова Кос.
Афродизии – ежегодный фестиваль в честь богини любви и красоты Афродиты.
Гелиодоры – жёлтые бериллы, буквально «дар солнца».
Окончив читать, Федра выронила свиток из рук. Тяжёлый пергамент гулко стукнулся о каменные плитки ротонды. Галена подняла голову от пяльцев, что держала в руках, с удивлением посмотрела на свою госпожу. Затем, служанка, отложив рукоделие потянулась было к свитку, но Федра предупредила её:
– Не надо, Галена, я сама.
Федра подняла свиток с пола, не заглянув в него, положила рядом с собой на скамью. Галена не сводила глаз со своей госпожи надеясь понять причину столь неожиданной вспышки гнева. Но Федра молчала, она обиженно поджала губы, её неподвижный взгляд был устремлён вдаль, словно женщина силилась разглядеть невидимую точку на горизонте. Галена боязливо посмотрела на свиток. Что же такого в этом письме? От кого оно? Наверное, пришло с утренней почтой, когда Галена была занята подбором наряда для своей госпожи. А ведь с утра Федра была беспечна и весела, даже пожелала одеть любимые серьги: серебряные букетики незабудок с лепестками из голубого топаза. Это скромное украшение подарил ей Идоменей в первый год после свадьбы, тогда он ещё он не был так богат, как сейчас. После завтрака Федра предложила Галене прогуляться к ротонде, чтобы насладиться свежестью утреннего бриза полюбоваться поверхностью голубого с серебристыми переливами моря. Они собирались провести в ротонде некоторое время, и чтобы чем-то занять себя Федра прихватила с собой письмо, а Галена пяльцы с вышиванием и короб с цветными нитками.
Федра шумно вздохнула, словно её не хватало воздуха и Галена не выдержала:
– Госпожа, не мучайте себя, расскажите, что вас так расстроило?
– Ах, Галена, – с горечью в голосе произнесла Федра, – отчего так? Только начнёт всё налаживаться, как случается новая неприятность.
– Об этой неприятности вы узнали из письма, – Галена перевела взгляд на лежащий на скамье пергамент.
– Да, – кивнула Федра.
– Кто написал его вам?
– Лаисса, моя подруга.
– Так неприятности у госпожи Лаиссы?
– Не совсем…, – Федра некоторое время молчала, собираясь с мыслями, – Ещё весной, в одном из писем к ней я намекнула, что подыскиваю для Агафокла подходящую жену. Ведь у Лаиссы подрастают две дочери, и старшая уже вошла в возраст невесты. А она… словно не заметила намёка. И вот, две декады назад Лаисса написала мне, что старшая её девочка вышла замуж за сына стратега Прекрасной Гавани.
– Хорошая партия! – заметила Галена.
– Неплохая, – согласилась Федра, добавив, – но и наш род ничем не хуже! Я разумеется поздравила её и отослала подарок новобрачным. В тот момент я думала, что возможно слишком завуалировала в послании своё желание женить племянника или моя подруга с возрастом утратила остроту ума. В следующем своём письме я без обиняков написала, что буду сватать за Агафокла её младшую дочь.
– И что ответила вам госпожа Лаисса?
– Вот, – она указала пальцем на письмо, – здесь её ответ! В чём она только не обвиняет бедного моего племянника!
– Не верю своим ушам! Неужели благородная Лаисса позволила себе хулить господина Агафокла?
