— Теперь они без передышки бегут в Секондару! — отвечал сконфуженным тоном бедный малый.
Экскурсия наша пропала, и начинать её сызнова не было времени.
Шейк-эль-Молук был изуродован тигром и с готовностью шёл на новую борьбу с ним, но он дрожал перед горстью бандитов, а эти знаменитые туги бегут врассыпную перед карабином европейца.
Нам оставалось вернуться в Агру, где мы и оказались к вечеру.
На другой день, продав фуру и быков и заплатив жалованье Дази-Палу, мы сели на поезд и через три дня были уже опять в Чандернагоре.
Разбирая свои очерки и записки о давнем путешествии в священный Бенарес, я нашёл заметки о моём разговоре с раджою Пейхвы накануне моего отъезда в Канпур, и мои воспоминания перенеслись к тому тихому вечеру, когда, вернувшись из гарема раджи, мы сели с ним у края террасы, чтобы подышать свежим воздухом и полюбоваться серебристой лентой Ганга, мирно катившего свои тихие воды.
Рам-Кондор, показав мне портреты русского императора Павла I и [императора Франции] Наполеона I, сказал, что он унаследовал их от отца, который [тогда] сообщил ему, что это два европейских правителя, от которых зависело изгнание англичан [из Индии], и при этом показал мне интересный документ, говоря, что подлинник его хранится в России. Это был проект соединённого похода в Индию русских и французских войск в 1801 году. Не знаю, сохранились ли следы этого проекта в архивах Франции. Я переписал этот любопытный документ и ниже привожу его полностью.