- Она…думаю, она мертва, – Саммерс резко втянул в себя воздух. – Тело Арчера, видимо, тоже. Дин Риверс сейчас в лаборатории, и, скорее всего, следующий в его списке – ты. Я…, – Николь никак не могла прийти в себя: в ней вдруг проснулась какая-то непонятная легкость, словно, все, что до этого мучило ее, внезапно испарилось. И от этого чувства ей было слегка не по себе. – Я перезвоню чуть позже.
Не дав Саммерсу шанса прийти в себя и возразить, Николь закончила вызов и положила передатчик в карман. Она все делала нарочито медленно, словно ее мозгу требовалось больше времени, чтобы отдавать телу нужные команды. Этакая турбоулитка.
Возможно, правда, дело было в том, что голова Николь была занята перевариванием очередного урока от жизни. На этот раз, он был посвящен особенностям человеческой природы – презабавной штуки. Николь прежде не задумывалась о том, что по какому-то негласному правилу вселенной озарение к человеку приходило всегда чуть позже, чем надо. На день, на час, на минуту или даже на секунду, но позже. Возможно, это происходило оттого, что та часть сознания, в которой обычно дремал гений, бывает так занята переживанием за друзей или родных или же просто за происходящее, что ей просто некогда думать о решении проблемы: ее хватает только на осознание ее масштабов. Однако как только переживать становится не за кого и не за что, гений тут же включается в работу и подсказывает наипростейшее решение; решение, которое зачастую все это время лежало на поверхности, прямо под носом. Вот и сейчас, глядя на Берга, Николь больше не видела угрозы. Она видела лишь задравшего нос прохвоста, который даже не заметил, как наступил в капкан. Правда, Никки и сама недалеко от него ушла, ведь она так и не догадалась захлопнуть ловушку, пока это могло хоть что-то изменить.
Лучше поздно, чем никогда, так вроде говорят, да?
Меньше часа назад Малик сообщил ей, что эта поговорка в данном случае неактуальна. Он оказался чертовски прав. Жаль только, он уже об этом не узнает. Не узнает и не станет припоминать это ей при каждом удобном случае. Он уже ни о чем не узнает: его служба окончена, и Николь не смогла этому помешать. Что ж, по крайней мере, она еще может позаботиться о том, чтобы в аду у Малика была веселая компания.
- Помнишь свою лекцию про тигров и котят? – отключив звукоизоляцию, без предисловий начала девушка. Она встала с кровати и медленно подошла к тумбочке, где должно было быть то, что поможет ей захлопнуть капкан. – Ты тогда еще сказал, что земляне слишком самонадеянны и глупы, раз решили приручить тигра, ну то есть вас, – Никки осторожно взяла находку так, чтобы даже робо-глаз Берга не смог рассмотреть, что это. – Что даже ружье под подушкой не есть гарантия безопасности, и что земляне целы только потому что вы не хотите их трогать. Помнишь?
Хакер кротко кивнул. Улыбка на его безобразном лице потихоньку увядала. Беззаботность и непринужденность, с которыми он нарезал круги по спальне, испарились, хотя он и пытался доказать обратное. Но сколько бы он ни скалился, побелевшие костяшки его пальцев, которые стискивали горлышко бутылки, подрагивающее веко его настоящего глаза – все это выдавало истинное состояние хранителя. Берг явно пытался определить ход мыслей собеседницы, чтобы подстроиться под него и попробовать заключить очередную сделку, но у него ничего не получалось. Слишком резко Николь сменила тему. Слишком спокойно звучал ее голос, и слишком пуст был ее взгляд: Берг не мог прочитать в нем абсолютно ничего; ни одной подсказки.
- А еще ты сказал, что я тоже, в некотором роде, тигр, – набрав нужную комбинацию команд, Николь перехватила пульт в правую руку так, словно держала бокал шампанского. Так, чтобы собеседник тоже увидел его. – Тигр, которого вы так старательно пытаетесь приручить.
- Я помню, – не сводя напряженного взгляда с пульта, вымолвил хакер. Ему решительно не нравилось то, к чему сводились их переговоры.
- Хорошо, что помнишь, – одобрила Николь и улыбнулась. И думалось ей, в этот момент Малик гордился бы ею: такого волнения в глазах, а точнее в глазу Берга лично ей видеть еще не доводилось. – Так вот у меня к тебе вопрос, Берг: где же твое ружье?
- А? – не понял застигнутый врасплох икс, но, прежде чем он успел сказать что-то еще, дверь за его спиной с тихим щелчком захлопнулась. Капкан захлопнулся. – Кажется, ты затеяла новую игру, птичка?
Хоть мужчина и звучал в своей лениво-непринужденной манере, от Николь не укрылась искорка беспокойства, мелькнувшая в его настоящем глазу. Мужчина нервничал, да и еще бы ему не нервничать, ведь единственный путь из комнаты был перекрыт: он был в ловушке, но, что самое неприятное, он так и не понял, в чем эта ловушка заключалась. Но ничего, скоро поймет.
