Николь помнила, как они с «пираткой» бежали из «ямы», но помнила смутно. Словно ее воспоминания вдруг подернулись туманом. И если раньше ее прежняя жизнь казалась ей сном, то теперь жизнь Незабудки начала меркнуть в ее сознании: превращаться из цветного кино в черно-белое. Девушка помнила все события последних лет, однако, не испытывала никаких чувств от пережитого: если прежде жизнь Николь Кларк казалась ей чужой, то теперь жизнь Незабудки казалась ей чем-то инородным. Но, что самое абсурдное, именно сейчас Никки предпочла бы оставаться в неведении, быть, прежде всего, солдатом с холодным рассудком, а не сбрендившей перепуганной до смерти землянкой на скачущих гормонах.
- Мы с Дэни все сделаем, – заверил Малик, пошатнувшись и чуть не упав. Кристиан вовремя поддержал его. Николь, оторвавшись от самокопания, тут же оказалась рядом, помогая поставить Дэвида на ноги. Встретившись взглядом с Кеем, девушка поняла, что дела у Малика были гораздо хуже, чем она могла себе представить.
- Что с ним? – обеспокоенно спросила Дафна, подобрав волочившийся по земле плащ.
– Я в порядке, – выдавил Дэвид, утерев алую струйку, потекшую из носа. – Давайте просто побыстрее свалим отсюда.
Получив немое разрешение от Кея, Николь вынырнула из-под руки Малика, взяла из его руки фонарик и пошла вперед, к выходу. Дафна – следом, в то время как братья замыкали цепочку.
Пещера то сужалась, то расширялась и казалась бесконечной. По мокрым камням было сложно идти, и Николь то и дело оборачивалась назад, чтобы удостовериться, что у Зомби с Маликом все было в порядке и что они не отстали. Дафна тоже молчаливо плелась позади с отсутствующим выражением лица: видимо, у нее началась стадия отрицания. Хотя она держалась сравнительно неплохо для той, кому приходилось преодолевать такие расстояния на высоченном каблуке: как бы она ни оказалась в Ноксе, кто бы ее сюда ни привел, ее явно застали на рабочем месте. Строгий деловой костюм цвета слоновой кости (который теперь был, скорее, серо-буро-козявчатым), стильные лодочки на высоком каблуке – сенатор выглядела крайне неуместно в подобном окружении и в исполинском для нее плаще Арчера, накинутым сверху.
Николь, провалившись в очередную лужу, подвернула ногу и выругалась, жестом прося спутников притормозить.
- Цела?
- Да, – растирая щиколотку, откликнулась девушка. – Но, блин, откуда здесь вода??
- Подземный источник, – Кей поудобней перекинул руку брата через плечо. Малику становилось все труднее передвигаться. – Видимо, что-то вышло из строя: напор воды слишком сильный, трубы не выдерживают.
- Откуда, вообще, на выжженной планете вода, – пробурчала Николь, продолжив путь. – И хватит там шептаться! – бросила девушка вслед, видя, что хранители что-то очень горячо обсуждали.
Вскоре Николь начала узнавать местность: от пещеры начали отходить многочисленные ответвления, ведущие к стройным рядам камер, на стенах появились светильники, вырезанные прямо в породе, а в нос ударила вонь. Правда, вонь стала сильнее: если раньше в воздухе стояло удушливое зловоние человеческих отходов, то теперь к нему прибавился трупный запах и запах спекшейся крови. Дафна, издав какой-то непонятный стон, зашлась забористым кашлем.
- Надевайте маски! – крикнул Арчер, и девушки тут же исполнили приказ. Зажав трубку зубами, Николь почувствовала, как вокруг ее носа и рта образовалась какая-то сфера: ее кожу слегка покалывало, но зато вонь полностью исчезла, и Николь почувствовала, как ее легкие наполнились кислородом. Единственный минус – девушка больше не могла разговаривать.
Теперь под ногами появилось куда больше препятствий: тут и там, повсюду лежали трупы «серых». Грязные, окровавленные, растоптанные сотнями ног, тела почти полностью устлали каменный пол пещеры, вынуждая путников чуть ли не перепрыгивать горы зловонного мяса. Самым жутким в этом всем были их лица: с выпученными выцветшими глазами, с открытыми в предсмертном крике ртами, со смятыми носами и сломанными зубами… Николь хотела бы не видеть всего этого, но не могла: им всем нужно было смотреть под ноги.
Последний отрезок пути показался им самым длинным, хоть и прошли они его всего за пару минут, и вот, наконец-то, путники оказались у цели. Выключив фонарик – в нем больше не было необходимости – Николь хотела снять маску, но Кей отрицательно покачал головой и указал наверх. Девушка подняла голову и в ужасе отпрянула от моста. Прежде весь ужас «колодца смертников» заключался в его дне: его было просто-напросто невозможно увидеть. Это была ледяная непроглядная бездна, ведущая в саму преисподнюю, однако, теперь… Теперь, кажется, преисподняя оказалась сверху. Плотная, черная дымовая завеса, в которой то и дело мелькали языки пламени – вот что увидела Николь, стоило ей посмотреть вверх. Дождь искр падал вниз: перегорая на лету, искры превращались в пепел. Точно черные снежинки они кружили в загустевшем воздухе, оседая на полу, на стенах, на самом мосту.
