- О чем вы говорите? – все еще не понимала сенатор, переводя недоуменный взгляд с одного брата на другого и параллельно разбрызгивая спрей на поврежденную кожу.
- Потом, – пообещал Кей, засунув пистолет за пояс. – Так как ты закрыла люк?
- Элементарно, – хмыкнула та. – Мы просто не убрали последний трос.
- Ясно, – кивнул Кей, помогая брату сесть. – Постой… – внезапно он нахмурился, поймав настороженный взгляд Малика. Чувство дежа вю снова завладело хранителем, – постой, Ди, какой еще трос?
- В смысле-какой? Спасательный, – удивилась подобному вопросу та. – Ну, знаешь, те длинные светящиеся штуки, которые подняли вас…
- Я серьезно, – Арчер был далек от того, чтобы разделить веселье подруги. – Ди, я лично убрал все тросы.
- Ну, значит, один пропустил, – невозмутимо гнула свою линию сенатор. – Крис, мы все измотаны и изранены: нет ничего удивительного в том, что ты не заметил…
- Исключено.
- Что за трос ты убрала? – вдруг подал голос Малик.
- Что?!
- Откуда он там взялся?
- В смысле?? – Дафна нахмурилась и смерила обоих братьев сердитым взглядом. – Вы что, смеетесь надо мной?? Что значит – откуда он там взялся?? Это – спасательный трос!
- Да, но кто спустил его?
- Я, кто же еще?! – нервно усмехнулась сенатор, вскакивая на ноги. – Да что с вами двоими не так?? О чем вы, вообще, сейчас думаете? Нам нужно, как можно скорее убираться отсю…
- Зачем ты спустила трос? – Кристиан тоже поднялся. Подойдя к Никс, он схватил ее за плечи и, внимательно всматриваясь ей в глаза, мягко спросил: – Ди, зачем ты спустила трос?
- Я не понимаю, Крис, – она высвободилась из хватки и отступила от мужчины прочь. – Я не понимаю вас обоих! Зачем спрашивать очевидные вещи?!
- Просто ответь.
- Крис! – да как он мог так поступать с ней?! Как он мог занять сторону Малика?! Как он мог обвинять ее в чем-то, после всего, через что она прошла?? Он должен был понимать и защищать ее, а не критиковать и допрашивать!
- Пожалуйста, Ди! – настаивал Кристиан.
- Вам обоим припекло! – негодующе воскликнула Никс, нервно посмеиваясь. Удивление сменилось обидой, а затем и вовсе перешло в злость. У нее не было слов. А от вопиющей несправедливости обвинений ей и вовсе хотелось что-нибудь сломать или разбить. Видя, однако, что ни Арчер, ни Малик не собирались так просто отступать, она сдалась и развела руки. – Хорошо, будь по-вашему. Хотите знать, зачем я спустила трос? – не веря, что ей приходилось озвучивать такие элементарные вещи, запальчиво продолжала сенатор. – Хотите?! Отлично! Я спустила его за тем, чтобы…, – внезапно она запнулась. Ее язык словно онемел, а из головы вылетели все мысли. Дафна растерянно покачала головой и оступилась, чуть не упав.
А действительно, зачем она это сделала? Мгновенье назад она была полностью уверена, что у нее были веские основания поступить так; она точно знала, что ей было необходимо сбросить трос; это было очевидно, но… За этим «очевидно» не было никакой определенной, четкой и понятной причины. Сенатор снова и снова спрашивала себя, пыталась восстановить цепочку собственных рассуждений, но всякий раз натыкалась на одно единственное «надо». Ей надо было спустить еще один трос. Зачем? – Надо.
- Крис, я…, – она подняла испуганные глаза на хранителя. Он по-прежнему впивался в нее пронзительным взглядом, с каждой минутой становясь мрачнее. Дафна вдруг поняла, что больше не злилась на мужчину; она…боялась. Боялась, потому что в его взгляде она прочитала приговор. – Крис, почему я не могу ничего….
До того, как кто-то из них успел хоть что-то сделать, дверь в кабину пилота открылась, и Дафну отшвырнуло в сторону. Врезавшись в противоположную стену кабины, сенатор ничком рухнула на пол: ее рука все еще сжимала спрей от ожогов, ее глаза, распахнутые в изумлении, пустым взглядом смотрели в одну точку; ее шея была повернута под неестественным углом.
Дафна Никс была мертва.
- Кастеру не следовало предавать меня, – с псевдо-сочувствием поведал Морт, показываясь в поле зрения братьев. Полупрозрачный, неоново-желтый меч его наруча был приставлен к горлу Николь, которая стояла за спиной альбиноса. Девушка была натянута, как струна, словно вокруг ее шеи была обмотана петля, и ей приходилось стоять на носочках, чтобы не задохнуться. С ужасом в глазах она смотрела на бесчувственное тело сенатора, распластавшееся на полу. – Не повторяйте его ошибок.
Одна секунда. Этому чудовищу понадобилась лишь одна секунда, чтобы сломать Дафне шею. Вот так просто, не моргнув и глазом, он остановил еще одно сердце, одно из многих, не чувствуя за собой ни капли вины, ни капли сожаления.
