Он завидовал деду, он завидовал отцу, он завидовал всем, кого любят и ждут. Ему
хотелось так же. Ему хотелось великих дел, подвигов и вечной любви, как в самых красивых
сказках.
С бабулей он простился нежно, потом ноги сами понесли его по лестнице на тритий
этаж, он шел и думал, что скажет своей дикой охотнице, или ничего не скажет, а просто
поцелует ее, и всё само как-то решится.
Было уже слишком поздно, почти все спали. Кеция, как всегда, дежурила возле его
двери.
- А госпожи Норки нет, - сказала она немного виновато.
- Как это нет? - замер он, его сразу как будто окатили холодной водой.
- Она ушла, - потупилась карлица.
- Куда ушла? Зачем?
- Нарядилась в алое платье вашей матушки, украшения надела и пошла. Наверное, к
Улпарду.
У него даже челюсти свело от злости.
- Шлюха, - проговорил он сквозь зубы, - а я дурак.
- А что ей оставалось? - неожиданно повысила голос старая служанка, - вы же совсем ее
забыли!
- Я забыл?!
Карлица снова кротко потупилась.
- У них принято дарить пояс девушке, а вы ей ничего не подарили. Мне очень жаль.
- Что я ей могу подарить сейчас?! - сказал он раздраженно, - я в плену! У нее, между
прочим, в плену! И ничего у меня пока нет: ни дворца, ни власти, ни пояса! И всё, что ей
было нужно, это немного подождать...
Норки ждать не захотела. Ей нужно было всё и сейчас! «Ну и черт с ней!» - подумал он в
бешенстве. Самое разумное было - пойти к себе и лечь спать, но от одной мысли, что
нежные руки Норки обнимают эту косматую обезьяну, всё вскипало внутри, синяя энергия
заполнила каждую клетку в миг напрягшегося тела.
Ничего уже не помня и взрывая по пути лампочки, Герц кинулся к Улпарду. И только на
лестнице он вспомнил, что он Прыгун.
************************************************************
Спальня у отца была просторная и роскошная. Правда этот дикарь со своими дружками
порядком захламил ее, всё переломал и перепачкал. Герц возник посредине круглого золотого
ковра в своей пульсирующей синей сфере и за долю секунды с негодованием понял, что тут
происходит. То, что он и предполагал.
Покрывало было смято. Его любимая девушка в красном как кровь платье лежала снизу,
а этот косматый чурбан - сверху. Они жадно целовались, стискивая друг друга в объятьях. Ее
гибкие, белые руки преданно обвивали его бычью шею, и смотреть на это было совершенно
невозможно. Герц перестал что-то понимать, кроме того, что его, наследного принца и
нежного любовника променяли на грубую, косматую, потную тушу этого захватчика, который
еще смеет называть себя царем!
- Убью! - заорал он вне себя от ярости, - обоих разбрызгаю по потолку! А ну отпусти ее,
дубина пьяная!
Улпард резко сел, левой рукой хватая лучевой пистолет, а правой потянувшись рукой за
пазуху, Норки визгнула, прикрывая ладонями пылающие щеки.
- Шлюха чертова, - добавил Герц в сердцах.
- Это еще что за выродок? - недоуменно спросил царь, глядя на безоружного гостя, - кто
тебя пустил, щенок?!
- Беги, Арктур! - крикнула Норки, - он же убьет тебя!
Герц осознал наконец, что стоит как идиот под лучевым прицелом, защититься от
которого можно только в голубой сфере, а за пазухой дикарь наверняка держит пульт, от
которого вообще никак нельзя защититься. Сейчас он выстрелит, поймет, что имеет дело с
- 397 -
Прыгуном, и достанет пульт. Всё это займет пару секунд, не больше. И всё насмарку! И надо
же было так влипнуть только из-за распутной бабы...
Куртка на дикаре была кожаная, туго стянутая ремнем. Не успел еще раздеться, мерзавец,
целуя свою красотку. Если вырубить его правую руку, левой он нескоро доберется до пульта...
- Я еще буду спрашивать, куда мне ходить, а куда нет в своем доме, - с презрением и
тяжело дыша от возбуждения заявил Герц.
Он лихорадочно соображал, что ему делать: то ли шарахнуть по царю синим лучом, но
тогда можно задеть Норки... то ли просто свалить на него люстру?
- Что-о-о?! - взревел Улпард, - ах, ты дерьмо собачье...
- Арктур!
Вспышка выстрела ослепила совершенно. Истеричный возглас Норки померк в ней.
Герц не мог направить отраженный луч назад. Там была она. И там был пульт. Он отправил
луч в окно, стекла тут же вылетели... на шум сразу вломилась охрана.
- Кто его пустил?! - заорал Улпард.
Он моргал глазами, соображая, что же произошло, на всякий случай вытащив пульт из-
за пазухи. Герц наконец увидел эту штуку. Эту подлую желтую трубку, которая превратила
Эдгара в памятник самому себе. Теперь это жуткое дуло смотрело на него самого. Страха не
было, только ненависть и ярость. И досада на свою беспросветную глупость.
Впрочем, выбирать уже не приходилось. Надо было как-то действовать, раз уж всё так
дерьмово получилось. Герц покосился на дверь. Охранников было четверо: один с копьем,
трое с лучеметами. Он быстро прикинул, как впечатать их в стенку одним выбросом, но для
этого нужно было развернуться к ним лицом, значит, упустить контроль над Улпардом. А
времени на раздумье почти не оставалось.
- Ты кто?! - рявкнул Улпард, выпучив свои черные глазищи, палец уже дрожал над
красной кнопкой.
Вдруг кровать, на которой он сидел, зашевелилась. Из-под нее с рычанием вылезла белая
